... Mendel, caught sight of a real motor car for the first time in his life and it gave rise to a sweet dream. His sister, Golde, hope of the farther will light up with electrical bulbs in the buildings and the streets, like in capital Kiev, then she don`t to have stay in line to purchase kerosene. The youngest sister, small Lucy, liked hearing in the cold winter evening, together with all family, Grandmothers tale of the mystery land of America, where one of her daughters, Aunt Fanny, departed.

The parents, Aba and Etl, took care to keep the children from illness and starvation. They wanted their children to join for the Jewish new-year holiday, Passover, Purim, but it`s impossible in his own country.

By effort to unmask the robbers, Aba discovered a cruel deadly hatred threatening the future of his native folk and safety of his family. Soon he perished from the robber`s hand.

Mendel wonted to leave to go to the city of Kiev to continue his education, but the fascist invasion interrupted the studies and he get under way at the front. He wanted to believe the Red Army is invisible, however tragedy defense of Kiev to make certain that is only a myth. To be captivated half of million soviet soldiers. Mendel succeeds to tear away from the captivity near native town. There he found his mother and sisters in the ghetto.

`Explain me, oh my God, why strong, powerful, healthy men put down the a...

... ще с хорошим концом. Все люди, не только дети, - все любят солнечные сказки. Так человек устроен - дай ему сказку греющую душу. Природа его создала таким. А через эту пелену не скоро разберешься, что к чему. Мы все победим, все преодолеем. А голод, нищета? Тут - ни слова! У тебя, Мендл, наверняка есть товарищ и, может, не один, который пропускает уроки, потому что в стужу ему не в чем в школу ходить - одна пара дырявых валенок на него и на брата. Что, я не прав?

Мендл тогда вспомнил Омельку, своего товарища по классу. Учительница поручила ему помогать отстающему товарищу. Когда Мендл первый раз, в морозный день, пришел к нему и открыл дверь покосившегося под соломенной крышей дома, то увидел такое, что ему стало жалко Омельку. В хате холодно, замерзшие окна, вонь. Прямо в углу - поросенок. Лавка, стол, ведро, икона в углу, печь и все...

Иван Петрович уловил некоторое замешательство на лице Менделя, приложил палец к губам и произнес:

- Тс-с, я тебе, хлопчик, ничего не говорил!

А сейчас Иван Петрович продолжал успокаивать Голду и всех, кто его слушал.

- Милая Голдочка, не горюй! Не может того быть! Нет, нет - так оно не будет! Придет скоро солнышко и к нашим окошечкам.

Иван Петрович исчез так же неожиданно, как и появился, оставив для Менделя фразу `Дай нам время разобраться`, которая не могла пройти для него незамеченной.

Первые дни для Менделя были днями домашнег...

... стры. Потом поправил ее взлохмаченную голову, потер щеки.

- Опомнись! Возьми себя в руки. До вечера осталось немного времени.

Попробуем уговорить хозяйку оставить нас на ночлег.

- Да, да, конечно, - проговорила она тихим голосом, утвердительно помотав головой.

Несмотря на то, что хозяйка им этого не предложила, Мендл стал раздеваться сам. Окинул своим взором хату.

Стол, накрытый старой, потертой клеенкой. Рядом широкая деревянная лавка, на которой они расположились. В углу - икона. На стене - множество фотографий. На другой стороне комнаты - железная кровать, накрытая коричневым покрывалом и подушками в два этажа. В другом углу - русская печь с плитой. Похоже, детей у хозяев не было.

Неплохо было бы рассмотреть фотографии на стене. Это может кое-что прояснить, но рисковать не стоило. Хозяева могли прийти в любое время.

Мендл достал из своего мешка пару замерших вареных картофелин, холодных, как лед, и сунул одну из них Голде в руки.

- Ешь.

- Спасибо, - ответила она машинально.

Их одних оставили в хате, не побоявшись, что гости могут воспользоваться винтовкой, которая висела на стене. Мендл пришел к выводу, что она не заряжена.

Он осторожно привстал и разглядел на прикладе полированную металлическую табличку с какой-то надписью. Это его успокоило.

Заскрипела в сенях наружная дверь, раздались тяжелые мужские шаг...