... аучи,--говорят,--мы тебе по алтыну дадим`.--`А вот,-- говорит,-- что, робятушки, идите-ка со мной`. Подошел странник ближе к лесу, большой муравейник нашел. `Ложитесь,--говорит,--все головами на эту кучу, никово и не будет крайних-то`. Довольны мужики, собрали страннику по алтыну, улеглись головами в муравейник. Не стало с краю ни одного, а странник поглядел на их да и лег под сосенкой. Чего дальше было, как пошехонцы ночь ночевали, уж и не знаю, дело давно случилось. Видно, дальше пошли на другой день все искусанные. Идут, идут долю искать, дошли до широкой реки. `Робята, река`,--Мартын говорит. `Река`,--это Лукьян ему на ответ. Весь на этом и разговор кончился. Опять странник выручил:

`Давайте,--говорит,--по гривеннику, научу, как на тот берег попасть`. Делать нечего, дали пошехонцы по гривеннику. `Вот берите,-- говорит,-- бревно. Да садитесь все на его верхом. А чтобы не утонуть-то, дак вы ноги внизу покрепче свяжите. Есть веревочки-то?` -- `Есть, есть!` Рады пошехонцы.

Уселись на бревно, ноги внизу связали. Поехали. Только отшатнулись от берега-то, все и перевернулись туточка, да и пошли от их пузыри. Больше половины захлеб-

нулося, вылезли, которые остались-то, да и говорят: `Надо нам этого странника наколотить, это он нас не делу научил`. Поглядели, а странника и следок простыл. Ему что, с гривенниками-то. Пошли пошехонцы дальше, совсем мало осталось, и всего челов...

... Высадившись, Иван Афиканович сразу же направился в милицию. И вдруг услышал оклик:

-- Дрынов? Ты чего здесь?

Иван Африканович обернулся, его верхом на жеребчике догонял председатель.

-- Да вот, насчет Митьки... Узнать, как чего.

-- Я бы этого Митьку... знаешь. Близко к деревне бы не пустил. -Председатель слез с жеребца. -- Вон из-за него озимой сев сорвем.

-- Это почему из-за Митьки?

-- А потому! Трактор-то стоит? А Мишка-то сидит? Вот и почему. Деятели!

Натворили делов, мать вашу...

Председатель привязал коня к милицейскому забору, спросил у вышедшего из ворот сержанта:

-- Сам-то на месте?

-- На месте, на месте, заходи.

Председатель кивнул Ивану Африкановичу, чтобы тот шел за ним. Стукнул дважды в двери кабинета. Иван Африканович вошел, встал у дверей. В кабинете было накурено, хоть шапку вешай, не помогала открытая форточка. Начальник, капитан милиции, не кладя трубку, поздоровался с председателем:

-- Здравствуй, аграрник. Садись. Алеу, девушка, что там у вас? Алеу.

Черт знает что! С чем пожаловал?

-- Николай Иванович!

-- Не могу.

-- В последний раз, Николай Иванович.

-- Сказал, не могу.

-- Но ведь...

-- Они у тебя скоро весь колхоз разворуют. Два стога. Шутка, что ли?

Нет, нет. Про этого, что ли, жеребца-то хвастал?--Капитан поглядел в окошко, закурил.--Ничего вроде бы. Только ведь он у тебя на щетках. Как лапти...

... орко глядел кругом, но осины не было. Неужели ударился не туда? Давным-давно исчезла тропа, и лес был незнакомый, дикий, старые гари, обросшие двадцатилетней листанной порослью.

Иногда сапог уходил глубоко в жидкую землю,--значит, рядом где-то была Черная речка, Иван Африканович забеспокоился, место было чужое. Под ногами захлюпала вода, везде лежали и гнили упавшие деревья, скользкие, обросшие мхом, с еще крепкими острыми сучками под этим мхом. Того и гляди, проткнешь ладонь. Иван Африканович сломал сух.. прошлогоднюю трубочку дягиля и сквозь Катеринин платок пососал болотной, пахнущей папоротником воды. Куда это занесло? Он пошел обратно, намереваясь по затесам выйти на знакомое место, но последний затес исчез, как в воду канул. `Тьфу! -- плюнул Иван Африканович.--Видно, надо по Черной речке выбираться`. Теперь уж было не до того, чтобы осину рубить,--изломался, промок. Хоть бы найти ее да дорогу запомнить засветло. Выбираясь на сухое место, Иван Африканович опять увидел свежий медвежий помет: `Вот, косолапая, и тут она бродит. Вишь, малины объелась`. Но большой медвежий след на бестравяной земле переменил догадку:

`Нет, это не она. У нее следок-то поменьше, поаккуратней, это мед-

ведь бродил, след большой, не закрыть шапкой. И свежий. вчера прокостылял, а может, и сегодня утром`.

Черной речки не было. Иван Африканович взял левее, в надежде опять выбраться на тропу. Мшистый ...