... выбирая, какой потолще. Все мои отроческие годы мечтал о таких мгновениях. Когда я смогу сунуть в щелку никель и отворить все двери, ведущие ко всем пирогам и пышкам, которых я жажду. И тем показать младшему брату, какой я волшебник.

Корнелиус Кристиан с бутербродом из ветчины и латука сидит у окна. Рука сжимает стакан холодного молока, кусок пирога с брусникой лежит на толстой коричневатой тарелке. Тальк белеет у меня под ногтями. Закончился самый длинный день моей жизни. И прожитая этой девушкой жизнь никак нейдет из моей головы.

Когда-то лицо ее освещала улыбка. Шла в школу, несла учебники.

Пила из бутылки содовую. Мать посылала ее в бакалейную лавку. А я обошелся с ее телом, словно с куском мяса. Обрезал жир с антрекота. За десять долларов прибавки в неделю. Я дрожал, протыкая ее надносье. Джордж показывал мне, как дренировать черепную полость. Теперь я сижу за столом, и лица, которые я видел у мертвых, живьем проходят по улице. И все глядят на меня. На ком я теперь смогу снова жениться. И где мне отныне жить. Где отыщу себе сад, свежий и мягкий. Удаленный от этой пустыни, в которой сверкает реклама и трубные голоса твердят тебе: покупай. Соскребаю с пирога крохотные сладкие ягодки.

Прикасаюсь губами к молоку. Струящемуся из крантика, стоит только поставить стакан и бросить монетку. Слизываю две соленых слезы, докативших до рта. Господи, не дай мне погибнуть.

Безвестным и ...

... истерика от того, что я вижу. Я еще сидеть должна. Это вы у меня все сядете. Когда я собственного мужа узнать не могу. Вхожу, а тут какой-то чужой мужчина. Он еще просит меня сидеть.

-- Очень хорошо, мадам, если вам так угодно, вы, разумеется, можете стоять.

-- Соня, ты видела Герби, когда он умер. Видела, на что он был похож. Иди, посмотри, на что он похож теперь. Посмотри на это. Я вам вот что скажу, мистер.

-- Мистер Кристиан.

-- Он еще шуточки отпускает. Плевать мне, христианин вы или кто.

-- Я отнюдь не шучу, мадам, просто меня так зовут.

-- Так вам и надо. Ничего, погодите, после того, как с вами разделается мой адвокат, вас будут звать банкротом.

-- Мадам, прошу вас. Наверняка что-то еще можно сделать.

-- Интересно, что вы собираетесь делать. Ну, расскажите мне. Вытянуть из лица то, что вы в него накачали. Придать ему вид старика после того, как вы превратили его в мальчишку.

Марджи, иди ты тоже посмотри.

-- Пожалуйста, мадам. Я вас умоляю.

-- Он меня умоляет. Это все, что вы мне можете предложить.

Мольбы. Я не желаю возиться с этим телом. И хоронить его не стану. Можете оставить его себе.

-- О господи, ну, пожалуйста, мадам. Это моя вина.

-- Ваша.

-- Да.

Кристиан стоит, замерев, руки по швам. Губы сжаты. Его колотит дрожь. Как крупная, так и мелкая. Гарриет вновь принимается тыкать пальцем. Горжетка слетает с пл...

... рдом распрямляется, оглядываясь по сторонам. Манит рукой лысоватого лакея, стоящего в дверях буфетной.

-- Послушай, Гарри, я не знаю, что мне с ней делать.

Семеня, приближается Гарри. Колыхаясь на плоскостопых и косолапых ногах. Оглядывает Шарлотту Грейвз. Волосы, спадающие на спину длинными, лоснистыми, подвитыми прядями. Хрупкие руки.

Мягкую кожу. Вязанное, алебастрово-белое платье.

-- Оставь малышку в покое. Пусть выплачется. Ну-ка, малышка. Вот вам полотенце. Не переживайте так, все в порядке.

Вас тут никто не обидит. Чего ты к ней прицепился. Не видишь, она плачет.

-- Это все из-за ее ухажера.

-- Ну, ухажер, ну и что. До слез-то малышку зачем доводить.

-- Я пытался наставить ее на истинный путь.

-- Ну еще бы, ты же у нас крупная шишка, тебе все пути видать. Какого черта ты лезешь не в свое дело.

-- Она пришла сюда с ухажером, по которому сразу видно, что он дешевка. Я таких за милю чую.

-- И что из того. Кто к нам еще-то ходит, одни дешевки.

-- Гарри, мальчик мой, это ты мистера Ван-Гроба и его гостей называешь дешевками.

-- Да, Фрицик, мой мальчик, именно их я называю дешевками.

А кто он, черт побери, такой. Тоже мне, персона, гондоны он делает.

-- Попридержал бы язык при женщине. Мистер Ван-Гроб известный филантроп.

-- Ты его только титулами не награждай. Гондоны он делает и все.

-- Гарри, мальчик мой, ты это уже го...