... амаке, поднялся, подошел, я заплакал, тяну Кэдди за платье.

- Бенджи, - сказала Кэдди. - Это Чарли. Ты ведь знаешь Чарли.

- А где нигер, что смотрит за ним? - сказал Чарли. - Зачем его пускают без присмотра?

- Тс-с. Бенджи, - сказала Кэдди. - Уходи, Чарли. Ты ему не нравишься.

- Чарли ушел, я замолчал. Тяну Кэдди за платье.

- Ну, что ты, Бенджи? - сказала Кэдди. - Неужели мне нельзя посидеть здесь, поговорить с Чарли?

- Нигера позови, - сказал Чарли. Опять подходит. Я заплакал громче, тяну Кэдди за платье.

- Уходи, Чарли, - сказала Кэдди. Чарли подошел, берется за Кэдди руками. Я сильнее заплакал. Громко.

- Нет, нет, - сказала Кэдди. - Нет. Нет.

- Он все равно немой, - сказал Чарли. - Кэдди.

- Ты с ума сошел, - сказала Кэдди. Задышала. - Немой, но не слепой.

Пусти. Не надо. - Кэдди вырывается. Оба дышат. - Прошу тебя, прошу, - Кэдди шепотом.

- Прогони его, - сказал Чарли.

- Ладно, - сказала Кэдди. - Пусти!

- А прогонишь? - сказал Чарли.

- Да, - сказала Кэдди. - Пусти. - Чарли ушел. - Не плачь, - сказала Кэдди. - Он ушел. - Я замолчал. Она дышит громко, и грудь ее ходит.

- Придется отвести его домой, - сказала Кэдди. Взяла мою руку. - Я сейчас, - шепотом.

- Не уходи, - сказал Чарли. - Нигера позовем.

- Нет, - сказала Кэдди. - Я вернусь. Идем, Бенджи.

- Кэдди! - Чарли громко шепотом. Мы уходим. - Вернись, говорю! - Мы с Кэдди бегом. - Кэдди! - Чарли вслед. Вбежали под луну, бежим к к...

... опит жимолостью накатывает влажными волнами Ее лицо белеет на плече у него Он держит ее как ребенка на одной руке другую протянул мне

`Рад познакомиться`

Пожали руки стоим Она высоко тенью на тени их силуэты слитной тенью

`Ты куда теперь Квентин`

`Пройдусь немного лесом выйду на дорогу и вернусь через город домой`

Ухожу

`До свидания`

`Квентин`

Я остановился

`Что тебе`

В лесу древесные лягушки распелись к дождю словно шарманки игрушечные вертятся с натугой и жимолость

`Иди сюда`

`Что тебе`

`Иди сюда Квентин`

Я вернулся Она смутной тенью нагнулась тронула мое плечо склонясь пятном лица с его высокой тени Я отстранился

`Осторожней`

`Иди прямо домой`

`Мне спать не хочется пойду пройдусь`

`Иди у ручья подожди меня`

`Нет я пройдусь`

`Я скоро приду подожди меня слышишь`

`Нет я пойду лесом`

Иду не оглядываюсь Лягушки без умолку не стесняясь меня ничуть Мглистый свет как мох на ветках каплющий а дождя еще нет Спустя немного повернул назад вышел на опушку и сразу же опять запахло жимолостью На здании суда часы освещены и в небе отсвет городских огней над площадью а вдоль ручья темнеют ивы В маминых окнах свет и в комнате у Бенджи горит еще Я пролез под изгородью лугом побежал в сизой траве бегу среди кузнечиков а жимолостью пахнет все сильнее Потянуло водой вот она мглисто-жимолостная Я лег на берегу лицом к земле чтобы не слышать жимолости И правда теперь не с...

... шарабан перевернешь, - сказала Дилси. - Заозоруешь, и оба расшибетесь насмерть. Ты сумел бы, я знаю. Но тебе нельзя доверить. Ну, не плачь, - сказала она. - Тш-ш. Ш-ш-ш-ш.

- Что вы, мэм, - сказал Ластер. - Мне же Ти-Пи дает править. - Дилси покачивалась, обняв Бена. - Мис Кэлайн сказала, если не можете утихомирить, то придется ей самой встать и сойти к нему.

- Не плачь же, голубок, - сказала Дилси, гладя Бена по голове. - Ластер, голубчик, сказала она. - Будешь помнить про старую мэмми, не будешь озоровать?

- Да, мэм, - сказал Ластер. - Я буду точка в точку как Ти-Пи.

Дилси гладила волосы Бену, баюкая.

- Я делаю все, что могу, - сказала она. - Господь мне свидетель. Что ж, запрягай иди, - сказала она, вставая. Ластер так и брызнул из хибары вон. Бен плакал с туфелькой в руках. - Ну, не плачь. Сейчас Ластер тебя на кладбище прокатит в шарабане. За шапкой в дом ходить, тревожить матушку не станем, - сказала она. Пошла в угол комнаты, закрытый ситцевой занавеской, взяла там войлочную шляпу, в которой была утром. - Одежки - что, одежки - полгоря, а знали бы люди все наше горе... - сказала она. - Для божьего дитя в одежках нет зазору. А скоро и меня бог к себе приберет, и то пора. Вот так. - Надела ему шляпу, застегнула куртку. Он мерно плакал. Дилси вынула у него из рук туфельку, спрятала, и они вышли.

Подъехал Ластер в побитом кривобоком шарабане, запряженном белой лошадью преклонных лет.

- Обещаешь, Ластер, н...