... сразу раковина отозвалась. Густой, резкий гул поплыл под пальмами, хлынул сквозь лесные пущи и эхом откатился от розового гранита горы. Птицы тучами взмыли с деревьев, в кустах пищала и разбегалась какая-то живность.

Ральф отнял раковину от губ.

- Вот это да!

Собственный голос показался ему шепотом после оглушающих звуков рога.

Он приложил его к губам, набрал в легкие побольше воздуха и дунул опять.

Загудела та же нота, но Ральф поднатужился, и нота взобралась октавой выше и стала уже пронзительным, надсадным ревом. Хрюша что-то кричал, лицо у него сияло, сверкали очки. Вопили птицы, разбегались зверюшки. Потом у Ральфа перехватило дух, звук сорвался, упал на октаву ниже, вот он споткнулся, ухнул и, прошуршав по воздуху, замер.

Рог умолк - немой, сверкающий бивень; лицо у Ральфа потемнело от натуги, а остров звенел от птичьего гомона, от криков эха.

- Его жуть как далеко слыхать.

Ральф отдышался и выпустил целую очередь коротких гудочков.

Вдруг Хрюша заорал:

- Глянь-ка!

Среди пальм ярдах в ста по берегу показался ребенок. Это был светлый крепыш лет шести, одежда на нем была порвана, а личико перемазано фруктовой жижей. Он спустил штаны с очевидной целью и не успел как следует натянуть.

Он спрыгнул с пальмовой террасы в песок, и штанишки сползли на щиколотки; он их перешагнул и затрусил к площадке. Хрюша помог ему вскарабкаться. А Ральф все дул, и уже в лесу слышали...

... - И очки бы мои не кокнули...

- И про зверя бы не болтали...

- Если б они могли нам хоть что-то прислать! - в отчаянии крикнул Ральф. - Хоть бы что-нибудь взрослое... хоть сигнал бы подали...

Вдруг из тьмы вырвался вой, так что они прижались друг к другу и замерли. Вой взвивался, истончался, странный, немыслимый, и перешел в невнятное бормотанье. Персиваль Уимз Медисон, из дома священника в Хакете Сент-Энтони, лежа в высокой траве, вновь проходил через перипетии, против которых бессильна даже магия вызубренного адреса.

Глава шестая. ЗВЕРЬ СХОДИТ С НЕБА

Дневной свет кончился, остались одни звезды. Когда выяснился источник призрачных звуков и Персиваль наконец затих, Ральф и Саймон неловко подняли его и поволокли к шалашу. Хрюша не отставал от них ни на шаг, несмотря на отважные речи, и трое старших разом нырнули в соседний шалаш. Шумно шурша шершавой листвой, долго смотрели на черный в звездную искорку выход к лагуне. В других шалашах то и дело вскрикивали малыши, раз даже кто-то большой заговорил в темноте. Потом и они уснули.

Лунный серп всплыл над горизонтом, такой маленький, что, даже вися над самой водой, почти не бросал в нее дорожки. Но вот в небе зажглись иные огни, они метались, мигали, гасли, а до земли отзвуки боя в десятимильной высоте не доходили и слабеньким треском. Но взрослые все же послали детям сигнал, хотя те уже спали и его не заметили. Вс...

... ф! Хватит тебе смеяться! Не надо так! Слышь? Ральф! Ну что другие подумают?

Наконец Ральф перестал смеяться. Он весь дрожал.

- Хрюша.

- А?

- Это был Саймон.

- Ты уже сказал.

- Хрюша.

- А?

- Это было убийство.

- Хватит тебе! - взвизгнул Хрюша. - Ну чего, зачем, какой толк это говорить?

Он вскочил на ноги, наклонился над Ральфом:

- Было темно. И был этот, ну, танец треклятый. И молния была, гром, дождь. Мы перепугались.

- Я не перепугался, - медленно выговорил Ральф. - Я... я даже не знаю, что со мной было.

- Перепугались мы! - горячо заспешил Хрюша. - Мало ли что могло случиться. И это совсем не... то, что ты сказал.

Он махал руками, подыскивая определение.

- Ох, Хрюша!

У Ральфа был такой голос, хриплый, убитый, что Хрюша сразу перестал махать. Он наклонился к Ральфу и ждал. Ральф, обнимая рог, раскачивался из стороны в сторону.

- Неужели ты не понимаешь, Хрюша? Что мы сделали...

- А вдруг он еще...

- Нет.

- Может, притворился просто...

Хрюша взглянул в лицо Ральфу и осекся.

- Ты стоял рядом. Ты не входил в круг. Ты в стороне стоял. Но разве ты не видел, - нет? - что мы... что они сделали?

В голосе было отвращенье, тоска, но он и дрожал от напряжения:

- Ты не видел, Хрюша?

- Не очень я видел. Я ж одноглазый теперь. Пора бы запомнить, Ральф.

Ральф все раскачивался из стороны в сторону.

...