... Действительно, во `второй` своей жизни Карвер обрел много больше, чем в `первой`: к нему пришла и заслуженная слава, и настоящая любовь, и материальное благополучие. И, самое главное, - его творческий потенциал не только не иссяк, но, напротив, блестяще реализовался в нескольких книгах рассказов: `Так о чем мы говорим, когда говорим о любви` (1981), `Собор` (1983), `Откуда я взываю` (1988), в поэтических сборниках `Где вода сливается с другой водою` (1985), `Ультрамарин` (1988), `Новая тропинка к водопаду`, в сценарии к фильму `Достоевский`.

Но, говоря о полноте счастья, испытанной им в конце жизненного пути, Карвер никогда не зачеркивал своей `первой` жизни - ведь этот этап его писательской судьбы был для него тяжелой. но очень большой школой, в которой ему пришлось учиться с самого рождения.

Раймонд Карвер родился 25 мая 1938 года в небольшом городке Клэтскени (штат Орегон) на Северо-Западе США. Детство его прошло в Якиме (штат Вашингтон), где, как и во многих других городах американского Северо-Запада, сосредоточена лесная и деревообрабатывающая промышленность. В Якиме отцу Карвера удалось найти место заточника пил. Доходы семьи были невелики, поэтому Раймонду после окончания средней школы в 1956 году не удалось продолжить образования. Подобно многим американским писателям-классикам, он оказался перед необходимостью зарабатывать себе на хлеб тяжелым трудом.

К концу 50-х годов Карвер все острее осозна...

... ла мать. - Что-то вроде комы.

Врач ответил:

- Я бы так не сказал.

Он потрепал женщину по руке. Пожал руку ее мужу.

Женщина положила пальцы на лоб ребенка, подержала какое-то время.

- Хоть температуры нет, - сказала она. Потом добавила: - Я не знаю.

Пощупай ему лоб.

Мужчина положил руку мальчику на лоб. Сказал:

- По-моему, он чувствует себя, как надо.

Женщина еще немного постояла у изголовья, покусывая губы. Потом подошла к стулу и села.

Муж сел на стул рядом. Он хотел сказать что-то еще. Но в голову ничего не приходило. Он взял ее руку и положил себе на колени. Так ему было спокойнее. Так ему казалось, что он что-то сказал. Они какое-то время вот так, молча глядя на мальчика. Иногда она вытаскивала свою руку из-под его руки, пока не убрала совсем.

- Я молилась, - произнесла она.

- Я тоже, - сказал отец. - Я тоже молился.

Вернулась медсестра, проверила уровень в бутылке.

Вошел врач, представился. Этот врач был в мягких туфлях, типа мокасинов.

- Мы отвезем его вниз, сделаем еще снимки, - сказал он, - и нужно провести сканирование.

- Сканирование? - спросила мать. Она стояла между кроватью и этим новым врачом.

- Пустяки, - ответил тот.

- Боже мой.

Пришли два санитара. Они катили что-то вроде кровати на колесиках.

Капельницу отсоединили, мальчика положили на эту штуку.

Уже рассвело, когда именинника ввезли снова. Мать с отцом вместе с санитарами вошли в лифт и доехали до пал...

... т он. Не знаю, как. Но меняется, а ты этого не осознаешь и можешь даже не хотеть.

Да, это верно, только... Но она не договаривает то, что начала.

Бросает тему. В оконном стекле он видит, как она рассматривает свои ногти. Потом поднимает голову. Бодрым голосом спрашивает, покажет ли он ей город, в конце концов.

Он говорит: Обувайся и пошли....