... ю!

И вот - незадача, действительно: пекарню налаживают, ночные рейсы - тю-тю, стало быть, а днем из гаража - куда же? И как? Мало того, с приездом нового начальника решено было и нас, гаражную аристократию, перетряхнуть - ротация кадров.

Дескать, план завален, но меры принимаются. Меня - на нижний определили, сучкорубом, а Серегу - и вовсе на зону закрыть пообещали. А до первой оказии - в лес, сучкорубом же. Но тут осеклось. Не стоило капитану Макокину злорадствовать, помолчать бы ему перед Элькой - но не стерпел, уж больно его жаба давила за Серегину пруху (сам когда-то был отшит Римкою с позором).

- Римуля-то, что теперь, в Харьков переведется?

- Это зачем? - Элька не поняла сначала.

- Так к своему поближе, может, и свиданку дадут.

(А Серега где-то под Харьковом сидел, закрывают же на свою зону.)

- Уже этап был?

- Нет еще, через неделю, наверное.

Но ни через неделю, ни вообще - не закрыли Серегу. Он-то думал, что ударным сучкорубством отмазался. Потом уж всплыло: Римка неистовая - через две эстафеты:

сменщицу и капитана - посулила коротко: `Отправят Перетятченко на зону - Малинникову (это наш новый хозяин) башку снесу. Жаканами, из обоих стволов`.

Понятно Римулино беспокойство: упусти - и не дозовешься потом обратно в Чалдонию. А самой с девчушкой - куда же ехать.

Макокин здесь десять лет служит и, в отличие от меня, Римку знает прекрасно.

Поэтому мимо ушей никак не пропустил, до...

... ту в охапку - и вперед! Нас двое, огребщиков, и - по технологии же - надо не только ствол раскопать до комля (и чтоб в яме вальщику было вольготно), но и дорожки от дерева к дереву. Сто берез за день - как раз на норму получается. Ну, хоть тут-то никаких рупь на рупь, сразу отлегло у меня. Правда, норму - кровь из зубов, три дня невыполнения - бригада ночует на киче. Ничего! Бутерброд с маргашкой в обед, чифирок - и наш малахольный тандем - питерский гуманитарий и дистрофик из Кизела - творил чудеса. В конце дня еще и сучкорубам помогали.

Зато и смешно мне теперь слышать, будто пирамиды - дело внеземных цивилизаций. После березы этой треклятой - знаю твердо: гордо он там звучит или нет - но человек способен на всё.

Вечером приходит Гарик Златоустов, приемщик, замеряет нашу кубатуру - в штабеле уже. Ждем, как приговора: ну?

- Шевельнули сегодня, мужики: шестьдесят пять! (норма - шестьдесят два).

Ура! Жаль, Родина не знает имен героев, не красоваться моему бюсту на проспекте Луначарского! А обидно, ей-богу: почитываем же газету `Лесная промышленность`.

`Вальщик Овечкин награжден орденом `Знак Почета` - в течение года его бригада заготавливала восемьдесят кубометров ежедневно` - только подтереться таким вальщиком. На хвое у нас половина бригад за сто шевелят (перехвалил я славян в прошлый раз, каюсь).

Через неделю - уже весь в матерых мозолях, ремень на последней дырочке, и вдруг

- мне Гарик в машине: ...

... - Давай, Ленчик, займись, я вернусь через часок - пообедаем.

Добро. Для начала я сам больше, чем тетерев, в глине обвалялся - не прилипает она к перьям, пусть Джек не выдумывает. Потом плюнул, запихал в золу грязный комок: что-нибудь да выйдет, горячо не сыро. Раскапывать вернувшемуся Гарику предоставил, его же рецепт. Оглядели обед: голова и крылья обуглились, ножки даже не вспотели.

- Наверное, золы было мало.

- Да. Или дрова не той формы, - это я съехидничал.

Но неунывающий Гарик, отряхнув деликатес, отнес его в столовую (вагончик, за два километра) и довел-таки до победного. Правда, без экзотики, в банальном бульоне.

Не помню, что там было на вкус: если, как ребята уверяют, собачину от баранины не отличить, то дичь от курятины - тем паче, пожестче разве что. Вкус - это дело воображения, на девяносто процентов.

Вон этапники, паразиты, даже кошку нашу съели, Мусеньку-душечку, - и ничего, не поперхнулись. Толстенькая была, пушистая, ласковая и, главное, сама нас приручила. В подполе барака много кошек жило, но совершенно дикие, - так шикнут на тебя - дрожь берет. И вот Муська - одна-единственная - не могла без людей.

Наша семейка (я, Гарик, Игорек) утром за кофейком - Муська четвертой садится, потершись обо всех предварительно. Не привередничала никогда:

печенье даешь - схрумкает, кильку в томате - и жестяночку вылижет, а от заушного почеса - кончала просто, натуральный оргазм, все симптомы! Н...