... й. За едой толстяк расслаблялся отчасти и не принимал таких строгих мер предосторожности против своих подопечных, хотя сидел все же чуть поодаль, как бы во главе стола. Может, кто-то незримый подстраховывал его, а может, он просто любил пожрать и отметал заботы, способные отвлечь его от любимого занятия. Но кольт и здесь был у него под рукой.

Ни телевизора, ни радио, ни газет им не полагалось. После ужина толстяк молча выкатывал тележку с грязной посудой и запирал дверь снаружи.

Предоставленные сами себе, они развлекались тем, что перебирали огромную кипу старых иллюстрированных журналов, самых различных по тематике: от порно до религиозных, и почти на всех европейских языках -- встречались даже китайские и на бабилосе. Пит и Лао -- так, похоже, звали молчаливых подельщиков -- постоянно играли в какую-то странную игру, где камешки или иные мелкие предметы, их заменяющие, то ставились в перекрестья расчерченного поля, то снимались. Одна партия продолжалась порою по несколько дней. Иной раз Гекатору хотелось просто посидеть рядом, понаблюдать... и понять суть игры, научиться ей, не выспрашивая игроков о правилах. А потом поразить их своим неожиданным умением и на этой почве скорешиться наконец с ними и понять, что происходит...

`Тьфу, пропасть! Что за дрянь в голову лезет! Нашел о чем мечтать -- в двух шагах от морга`.

`Нельзя размякать, -- увещевал ...

... ыписали десятитысячный штраф `за несоблюдение правил содержания мест, представляющих потенциальную повышенную опасность для здоровья и...`, короче говоря, за то, что в бордель `в неурочное время был затруднен свободный доступ представителям правоохранительных...` и так далее и тому подобное. Штраф необходимо было заплатить не позднее трех суток с момента его наложения, то есть с 13.15 сего дня. Точка, подпись, печать.

За отсутствием Марго расписался Патрик, официальный заведующий хозяйством.

-- А это еще кто такой!? -- Про Гека-то в суете и забыли.

Один из полицейских за шиворот извлек Гека из терма -- бани, расположенной на первом этаже, для увеселения знатных клиентов. Гек успел смотаться туда в первые же секунды облавы, снять верхнюю одежду, ботинки и носки. Джинсы он собрал в гармошку, подтянув их к самым коленям, левый рукав рубашки он закатал, а правый расстегнул и подсучил только на один оборот, чтобы не обнаружить наколку -- тюльпан с колючками и буквами. Так предстал он пред всем честным народом, с тряпкой в одной руке, со шваброй в другой и с выпученными от испуга глазами. Кафельные полы и даже стены он основательно извозил мокрой тряпкой.

В ответ на вопрос Гек только хлопал глазами и шмыгал носом, словно был не в силах постоять за себя и чем-нибудь оправдаться.

-- Племяш он Маргошкин, -- лениво протянул рыжий. -- А может, и не племяш вовсе, а любовник ейный, на самом-то деле. На нем же н...

... онечно же, попытался к ней приставать, но ничего не добился -- Ора не чувствовала себя настолько одинокой, чтобы в первый же вечер уступать малознакомому человеку, пусть и спасителю.

Но он уже намеренно подстерег ее после работы и вновь проводил. А потом и еще раз... Хулиганы, кстати, больше не появлялись, и вообще вдруг в ее районе стало безопаснее на улицах, видимо, полиция сумела найти силы и средства, чтобы навести порядок хотя бы в центре города... И постепенно Ора привыкла к нему, и он ей понравился, и однажды он у нее остался, что называется, `по полной программе`...

В доме Оры довольно скоро образовался непривычный по своему размаху достаток: Ральф почти не дарил цветов, но то и дело пополнял скромные недра квартиры обновками: старый телевизор безжалостно обменял на два громадных `панасоника`, заменил холодильник, купил музыкальный центр и здоровенную коробку с дисками на все вкусы. Только вот симфонической музыки, которую Ора предпочитала всему остальному, там почти не оказалось. Упомянула невпопад о понравившейся расцветке ковра, который она видела на витрине, -- пожалуйста, из магазина доставили два ковра... Не слушая никаких возражений, принялся, вдобавок, каждую неделю оставлять по три-четыре тысячи, хотя сам бывал у нее не чаще двух раз в неделю -- редко-редко, когда три... Куда такие деньжищи девать... Зато звонки, если вдруг он не появлялся в библиотеке, обязательно и предельно коротко: ...