... происходит эта реакция, из кустов появляемся мы.

Татарскому было очень приятно услышать это `мы`.

- Ситуация выглядит так, - продолжал Морковин. - Есть несколько студий, которые делают ролики. Им позарез нужны толковые сценаристы, потому что от сценариста сейчас зависит все. Работа заключается в следующем - люди со студии находят клиента, который хочет показать себя по телевизору. Ты на него смотришь. Он что-то говорит. Ты его выслушиваешь. Потом ты пишешь сценарий. Он обычно размером в страницу, потому что клипы короткие. Это может занять у тебя две минуты, но ты приходишь к нему не раньше чем через неделю, - он должен считать, что все это время ты бегал по комнате, держась руками за голову, и думал, думал, думал. Он читает то, что ты написал, и, в зависимости от того, нравится ему сценарий или нет, заказывает ролик твоим людям или обращается к другим. Поэтому для студии, с которой ты работаешь, ты самый важный персонаж. От тебя зависит заказ. И если тебе удается загипнотизировать клиента, ты берешь десять процентов от общей стоимости ролика.

- А сколько стоит ролик?

- Обычно от пятнадцати до тридцати. В среднем считаем, что двадцать.

- Чего? - недоверчиво спросил Татарский.

- Господи, ну не рублей же. Тысяч долларов.

Татарский за долю секунды сосчитал, сколько будет десять процентов от двадцати тысяч, сглотнул и по-собачьи посмотрел на Морковина...

... /

* /

\__/

Камера сдвигается еще ниже, и виден слоган, выведенный тем же

маркером:

JUST DO IT*.

Малюта во время работы над сценарием не читал ничего, кроме канализационных таблоидов и так называемых патриотических газет с их мрачно-эсхатологическим позиционированием происходящего. Зато он явно смотрел много фильмов. Его вариант выглядел так:

---------------* Просто делай это (англ.).

Улица небольшой вьетнамской деревни, затерянной в джунглях.

На переднем плане типичная для страны третьего мира мас терская

фирмы `Найки` - мы узнаем об этом из вывески `Nike sweatshop #

1567903`* над дверью. Вокруг возвышаются тропические деревья,

звенит кусок рельсы, подвешенный на околице вместо колокола. У

входа в мастерскую стоит вьетнамец с автоматом Калашникова, на нем

брюки хаки и черная рубашка, заставляющая вспомнить фильм `Охотник

на оленей`. Крупно: руки на автомате. Камера входит в дверь, и

мы видим два ряда рабочих столов, за которыми сидят скованные

цепью работники. Зрелище заставляет нас вспомнить гребцов галеры

из фильма `Бен-Гур`. Все работники в невероятно старой, ветхой и

рваной американской военной форме. Это последние американские

военнопленные. На столах перед ними - крос...

... происходит без воли Аллаха?

- Согласен.

- Так, едем дальше. Неужели ты думаешь, что я смог бы... смог бы...

ну, смог бы сделать то, что сделал, если бы на это не было воли Аллаха?

- Нет.

- Едем еще дальше, - уверенно продолжал Березовский. - Попробуй посмотреть на вещи так: я просто орудие в руках Аллаха, а что и почему делает Аллах, уразуметь нельзя. И потом, если бы не воля Аллаха, я не собрал бы все телебашни и теледикторов на своих трех клетках. Так?

- Так.

- Еще базары есть?

Радуев ткнул Березовского стволом в лоб.

- Есть, - сказал он. - Мы поедем еще дальше. Я тебе скажу, как говорят у нас в селе старые люди. По замыслу Аллаха, этот мир должен быть подобен тающей во рту малине. А люди вроде тебя из-за своей алчности превратили его в мочу, соприкасающуюся с кожей. Может быть, воля Аллаха была и на то, чтобы в мир пришли такие люди, как ты. Но Аллах милостив, поэтому его воля есть и на то, чтобы грохнуть людей, изза которых жизнь не кажется малиной. А после разговора с тобой она кажется мне не малиной, а мочой, которая разъела мне весь мозг, понял, нет? Поэтому оптимальным решением для тебя будет помолиться.

Березовский вздохнул.

- Я вижу, ты хорошо подготовился к беседе. Ну, ладно. Допустим, я сделал ошибку. Как я могу ее загладить?

- Загладить? Загладить такое оскорбление? Не знаю. Нужно сделать какое-нибудь богоугодное дело.

- Какое, ...