... й нашей жизни, - думал я, унимая мужа с женой, - такого лица, которому все мы доставляем большое удовольствие, и в то же время, не понимая этого, ужасно ссоримся между собой?`. В самом деле, как бы ни было худо, а все-таки непременно же есть такие минуты истинного счастья, незаметные, неценимые, из-за чего собственно мы и держимся в жизни и дорожим ею; но не всегда прилично о них говорить, и даже нужно сказать что-нибудь злое, вроде того, как недавно рассказал Максим Горький, как мужики сожгли его потребилку. А помню, с тем же Горьким в феврале мы ехали на извозчике мимо Марсова поля, и он мне с сияющими счастьем глазами рисовал план грандиозного памятника на костях революционеров. Я робко спросил его: `повезут ли только хлеб мужики, Алексей Максимыч?` - `Уже везут, - сказал он, - со всех концов везут`. И вот оказывается теперь, что мужики злы чуть ли не по своей природе, или от чтения жития святых. Вот я и думаю, что Алексей Максимыч в феврале испытывал ту свою минуту счастья, но ему не дано было сказать о ней, и потому теперь он говорит обратно. Так, ничего нет трудней, как говорить о хорошем. Но что же делать, когда растерялся, и все-таки хочется жить? Я думаю, что нужно смириться до простого факта и начинать все заново. Вот недавно сижу среди деревенской молодежи в праздник, заняться им нечем, заказали пиво и самогонку, и в тот момент, когда принесли уже вино, вдруг являются из далекой деревни ребята иг...

... -то выйдет.

Тут и случилось с Курымушкой его обыкновенное: вдруг самая ходячая фраза явится ему в своем первом смысле, а то обычное значение куда-то скроется.

- Как же это из меня выйдет? - спросил он, все гуще и гуще краснея, представляя себе приблизительно, как няня ему говорила, будто у одной барыни в животе развелись лягушки и потом вышли через рот.

- Как же это выйдет? - спросил он, краснея и ширя глаза.

- Через верх, конечно, - ответил Козел, - то каждый день через низ выходит, а то через верх.

- `Не вырвет ли?` - про себя подумал Курымушка и хорошо еще вслух не сказал, а то и так в классе все засмеялись; но Козел, как все, не умел смеяться, у него на лице вместо смеха делалось так, будто он ест что-то очень вкусное, сладкое и облизывается, - это и был его смех.

Козел облизнулся и сказал:

- Вот, вот, выйдет из тебя, и будешь знаменитым путешественником, - садись, очень хорошо.

И поставил пять.

- Ну и счастливец, - сказал Ахилл, - в тебя, кажется, Козел втюрился.

- Вот, Саша, - сказал Курымушка, - я тебе говорил насчет понимания, как это трудно взять и понять, по-моему - это у него хорошая книга о понимании, и вовсе он не сумасшедший.

- Кому как, - ответил Ахилл, - тебе вот выпало счастье, тебя он понял, а меня не понимает и все единицы жарит, - одному хорошо, другому плохо, это, брат, тоже непонимание.

ЗАБЫТЫЕ СТРАНЫ.

Занимаясь теперь с большим удовольствием и даже насла...

... замерзания рек пробраться в южные теплые моря.

- Завтра поедем! - сказал Ахилл.

Рюрик остановил:

- Не успеем завтра, послезавтра.

- Я напишу прощальные стихи, - сказал Ахилл.

- Я составлю подробный план путешествия, - вызвался Курымушка.

- Тогда за работу немедленно, - распорядился Рюрик, - ты, Алпатов, черти план, ты, Ахилл, пиши стихи, я буду считать, что взять с собой:

послезавтра едем.

КУМ.

Как чудесно бывает, пока что-то заманивает в свою судьбу перейти, в то святое святых, где я сам с собой и, значит, весь мир со мной. Но сколько людей останавливаются в страхе у порога своей судьбы, у росстани, где все три пути заказаны. Тут, у росстани, впереди хоть и остается приманка, а уже дает себя знать за спиною котомка своей судьбы. Это сразу почувствовал Курымушка, едва только состоялось неизменное решение ехать открывать забытые страны. Начались заботы, и открылся чей-то голос, неизменно день и ночь в глубине души повторяющий: `не надо, не надо, нельзя, так не бывает, этого никто не делает`.

Так одному, а другой, как Сережа Астахов, со своими прекрасными бархатными глазами в длинных черных ресницах, ждет и мечтает, что своя судьба тихим гостем придет и ласково, как невесту, поведет его к своему алтарю. Вот тоже и Сережа Астахов - чем не путешественник в забытые страны? - он знает время прилета и отлета каждой птички, знает, куда они, прилетев, деваются, как живут, где можно ...