... здоровый дух, поэтому не на `мерседесах` надо разъезжать, а пешком бегать - и как можно больше. У меня не `мерседес`, сказал я, уходя. У меня `ниссан` последней модели. Сто лошадиных сил. Каждая из них может стоить вам жизни, сказал он тоном инспектора ГАИ. Что ж мне, сто раз умирать? - удивился я. В общем, мы не поняли друг друга.

Умница Чикулаев сказал мне, что ходить по психиатрам для меня пустое занятие, потому что я заведомо никому не верю, а врачу необходим абсолютный авторитет и готовность больного слушать его, разиня рот. Ты же, сказал Чикулаев, перед любым психоаналитиком будешь выпендриваться, будто сам психоаналитик, - и начнется взаимная демонстрация амбиций. Знавал я такие случаи, хуже нет, когда больной или слишком умный, или, упаси, Господи, сам врач. Так что жуй таблеточки, какие дам, - и авось пройдет.

Что ж, я стал жевать таблеточки.

Жуя их, прочел мимоходом в какой-то газете, вовсе не медицинской, а общедоступной, статьишку о том, что-де вранье, будто все стрессы приносят вред нервам и психическому здоровью. Бывают ситуации, когда встряска необходима, когда человек должен попасть в сложную ситуацию - но при условии обязательного преодоления трудностей, обязательной победы. Вот что его укрепит, вот что подсунет ему почву под ноги.

Побед, однако, в моей деловой, дельцовской жизни у меня и так немало: я хитр и расчетлив, - а вот с почвой хуже.

И я с...

... Ладно, - сказала она. - Сейчас еще не поздно. Но пока доберусь... Я ведь на той самой окраине, где безногие на пустырях валяются. Три дома, а вокруг степь. А ты наверняка в центре.

- Говори адрес, через двадцать минут я за тобой заеду. Увидишь: красная машина, `ниссан`, выйдешь. Заходить к тебе не хочу - чтоб маму не тревожить.

- Мудро, - усмехнулась она.

Последующие часа полтора я изображал из себя уже не дельца-умнягу, брезгливо проходящего через социалистическо-капиталистический период первоначального накопления капитала, а барыгу, жлоба, рашен бизнесмен:

музыку в машину, какая побухтистее (шоб вся улица слыхала: я еду!), скорость - шоб никто ни-ни не обогнал, проскоки с ревом гудка на красный свет под матерки шоферов, плеванье старичков на тротуарах и зависть пацанья, заезд в гараж, открывающийся автоматически с помощью пульта из машины (так же и свет в гараже зажигается), легкими шагами в светлом летнем костюме - с дамой на девятый этаж в загаженном лифте, а в квартире уже чудодейственным образом:

цветы, фрукты, шампанское с ананасом, музыка льется из системы хай-фай, кондиционер работает бесшумно, на полах обоих (именно так!) комнат ковры, во второй комнате - постель ширины такой же, как и длины, кресла, в которых утопаешь - и не хочешь выплыть, - и все это специально, все это я знал, для чего, ждал все слов - и дождался.

- Вот, значит, чем ты меня решил охмурить? Скромный делец.

С...

... ень после шестнадцатого октября? Но поздно.

Во-первых, за труса примет - но это плевать, мне его мнение не интересно. А во-вторых, у него как раз цель до свадьбы это сделать.

А кого секундантом взять? Ведь если я-таки его убью, а не он меня, никто из известных мне людей не задумается занести этот случай в свою мысленную картотеку - и когда понадобится, извлечет и покажет мне: `Вот ты где у меня, голубчик. Не съездить ли на стройку, не посмотреть: может, вода спала?` И я сделаю все, что мне этот человек скажет.

Один кандидат - Алеша Хворостов. Как поэт - и поймет, и согласится, и даже обрадуется.

Я поехал к Алеше Хворостову, звонил, стучал...

Где его черти носят?

Я не знал, что черти носили уже Алешину душу по ухабам запоя, и в тот момент, когда я рвался к нему, он спал беспробудным глубочайшим сном после пьяного трудного дня.

Что ж, кроме Морошко - никого не остается?

Я затормозил, остановился среди ночной пустой улицы. И подумал: а ведь майор меня убьет. То есть обязательно убьет. Слишком долго мне сопутствовала удача, должна же и расплата прийти. К тому же он, экстрасенс проклятый, обязательно учует своими одаренными пальцами, в каком жребии смерть, а если я буду первый тянуть жребий - наведет мою руку на смертный выбор, для него это пара пустяков! Ай да майор, ай да Александр Сергеевич, ай да сукин сын!

- все предусмотрел. Не дуэль это будет, а убийство, самое простое убийство - и...