... рыла ее рукой и решила загадать желание - если муха будет сидеть тихо в ее ладошке, то тогда... Что тогда, додумывать не хотелось.

Чуть свет в комнату вошел разъяренный отец.

- Ну, что, нагулялась? Интересно знать, где это ты была? Лешка, вон, все пороги обил. Молчишь? Ну, молчи, молчи...

Месяц пролетел незаметно. Они гуляли в дубовой роще, сидели на берегу реки, убегали в зеленый лес, провожали за горизонт краснощекое солнце... Они уже не мыслили жизни друг без друга.

Как-то вечером, когда солнце медленно погружалось в реку, Костя пришел к Шуре с огромной охапкой полевых цветов.

- Пойдем на наше место, - позвал он ее.

Шура, быстро собравшись, пока не увидел отец, незаметно выскользнула из дому.

Они сидели и смотрели, как течение реки несет брошенную кем-то зеленую ветку. Оба молчали как будто в ожидании чего-то важного и значительного.

- Шурочка, - вдруг прервал молчание Костя, - я давно хотел тебе сказать...

Сердце девушки учащенно забилось. Она поняла, что сейчас услышит то, что было так долгожданно.

- Шурочка, - Костя нежно погладил ее руку, - ты не представляешь, что ты значишь для меня... Каждый раз, когда ухожу от тебя, меня охватывает страх, что больше с тобой не увижусь. Я знаю, что ты здесь, рядом, в этом городе, что завтра мы встретимся вновь, но все же невыносимое чувство не дает мне спокойно заснуть. Я не хочу разлучаться с тобой ни на час, ни на ми...

... Он думал о Варваре. Смутное время сильно изменило молодых. Слишком уж они стали скорыми на решение. Нет, скорыми-то ладно - слишком смелыми. Ведь и он был когда-то молод, влюблен, но вот так, как поступила его дочь, вот так он бы не смог. Да ладно. Бог рассудит. В сущности, Варька неплохая девчонка. Время во всем виновато. А может быть она права. Она нашла выход, любовь оказалась сильней и помогла определиться ей. А вот он, Константин, верно ли поступает он? Куда едет он и зачем? По- божески ли , бросив родное гнездо, лететь в чужие края? Простит ли его Шурочка, оставшаяся за тысячи верст, одна, в холодной земле? Тщетно будет ждать она поклона, никто не оросит слезами ее маленький, заросший уже, наверное, травою, холмик.

Константин с трудом протиснулся в тамбур. Здесь было довольно холодно, но ему необходимо было освежить свои воспаленные мысли.

`Как умру, как умру я, похоронят меня, и родные не узнают, где могилка моя...`, - услышал он почти над самым ухом пропитый сиплый голос:

- Святой отец, выпьешь ли со мной? Одному пить тоскливо как-то, - прошамкал лохматый беззубый старик, протягивая Константину наполовину опорожненную бутылку.

- Спасибо, милый. Ступай с богом. Не пью я и тебе, наверное, лишко будет, - покачал головой Константин.

- Мне лишко? Эт-ты зря - мы до сулейки привычные. А как без сулейки-то?

Без нее нельзя. Зимой приложишься к ней - холод не страшен, а в жару гл...

... Варвары, можно все же было назвать счастливыми и полными любви. Долгое время Варвару угнетало чувство незатухающей вины перед теми, кого она предала, как ей казалось, в самое трудное время, но постепенно она свыклась с этим чувством и перестала срывать на Степане свое недовольство.

Новый срыв произошел, когда соседка по секрету шепнула ей, что приходил человек в штатском, в широкополой шляпе, выспрашивал и выпытывал все о Варваре, Степане, интересовался, часто ли они получают письма из-за границы, о чем им пишут, и сам аккуратно записывал все в толстенный блокнот. Потом, на прощание, сунув в карман соседке липкую карамельку, попросил рассказывать ему все о Варе и ее семье. `Надо быть покладистыми, уважать Советскую власть, и тогда неприятностей ждать будет неоткуда. И семья будет цела`, - сказал он уже на пороге и подмигнул двусмысленно.

Варя проплакала тогда ночь напролет. Ей рисовалось, как человек в штатском врывается в дом и, заломив Степану и сыну руки за спину, уводит их в черный дверной проем.

Наутро Варвара торопливо, обливаясь слезами, нацарапала отцу письмо, в котором просила больше ей не писать. С этого момента она окончательно потеряла покой.

Ночами, не сомкнув глаз, Варя без конца думала о своем несмываемом грехе - отказе от самого дорогого человека, человека, который дал ей жизнь и взрастил ее. Ворочаясь с боку на бок, Варвара прокручивала мысленно всю свою жизнь, вспоминала, как...