... -то в глубине сознания и вновь всплывал на поверхность.

Только теперь он был несколько другим. Таким, как тридцать лет назадї

ї- Сережка! Ты ли это? - Олег улыбался и с восхищением хлопал друга по плечу.

- Я! А что, не узнал? - смеялся Сергей. Снег кружился вокруг них, задевая за щеки и щипая нос.

- Ого! - кричал Олег, сияя своими синими глазами, - Как ты вырос!

- А ты?!

Серое небо роняло снежинки. Где-то за тучами солнце приближалось к горизонту. На город медленно оседал вечер, закрывая собою последние лучи света.

- Получи! - первая снежка ударила в Сергея и они оба закричалиї

- Получиї

Сергей помнил испуганные глаза Олега и собственный крик. Он помнил, как пуля внезапно пробила его насквозь, отбросив назад. Он помнил, как падал на Олега, подставляя себя под второй выстрел. Но самым страшным было то, что навсегда унес с собой Олег.

Дикий смех встряхнул зимний город, заставляя жителей немного оживиться.

Отовсюду были слышны крики. Где-то рядом щелкнул затвор и смех начал понемногу удаляться. Сергей боялся шевельнуться, глотая слезы и чувствуя, как что-то теплое расползается по коже. `Помирать пора`, - подумал он тогда и закрыл глазаї

- Сергей Васильевич, что с вами? - испуганный голос секретарши заставил его открыть глаза и нелепо улыбнуться:

- Все хорошо, - сказал он, мысленно посылая секретаршу подальше. Голова все еще болела, но вроде бы стало немног...

... он отчетливо слышал, как тикают часы и переворачивается с боку на бок соседский кот.

- Я схожу с ума? - спросил он непонятно кого и снова покосился на табурет.

- ...Определенно... Определенно... - ответил голос.

Непонятная радость пронзила сердце Петра Ивановича.

- Значит, мне теперь можно все?

- ...Естественно... Естественно...

Петр Иванович в буквальном смысле подорвался с последнего уцелевшего стула и что есть духу ударил по оконному стеклу. Оно треснуло на мелкие кусочки, которые тут же разлетелись в разные стороны. Петр Иванович рассмеялся. Идея ему понравилась.

- К черту все! Я сумасшедший! - и он забегал по кухне, круша все, что попадется под руку, изредка подбадриваемый непонятным голосом...

Соседи тогда слышали, как в пятьдесят второй квартире что-то шумело, трещало, визжало и стучало. Они до сих пор со страхом вспоминают тот день.

Как будто само зло сошло на их дом и наэлектризовало воздух, обволакивая Петра Ивановича непонятным темным облаком, сквозь который можно было услышать дикий хохот и странный, не поддающийся описанию голос:

- ...Извольте... Извольте...

Через пару часов, когда все утряслось, Петр Иванович исчез. Просто растворился в воздухе на глазах многих перепуганных соседей, напрочь забыв даже попрощаться. Исчезли его документы, исчезла запись о нем в ЖЕКе, и долго потом пытались выяснить государственные дельцы, почему роскошная трехкомнатная...

... ю кашу, а затем исчезали.

Светофоры, казалось, мигали не переставая, но Игорь уже не мог различить их свет. Он бежал вперед, ни о чем не заботясь и ничего не замечая.

Споткнулся. Упал. Дорогой импортный дипломат с важными бумагами отлетел в сторону. Игорь поднялся и побежал дальше. Он стал постепенно забывать, куда бежит, и что ему там нужно. Он уже просто бежал, потому что надо было бежать. Потому что не мог иначе. Потому что впереди было нечто важное, отчасти неприятное. Но в этом Игорь был виноват сам, он знал это наверняка.

Это как-то было связано с бегом и временем.

Игорь впопыхах посмотрел на часы. Большая стрелка зашла за маленькую.

Больше он ничего не понял и не вспомнил. Некогда было думать, надо быо бежать. Бежать, не разбирая дороги. Бежать и надеяться, что впереди что-то есть. Что-то, ради чего собственно и весь этот бег.

Бежать... И тут часы остановились. Игорь с громким криком упал на дорогу, широко раскинув руки. Прохожие с визгом кинулись к нему, но он был мертв.

Он так и не добежал туда, куда зачем-то нужно было очень быстро бежать...

ШКОЛЬНЫЙ СПЕКТАКЛЬ

Директор школы Иван Осипович Кандыба держал потрепанную тетрадку и дрожащей рукой листал исписанные страницы, изредка слюнявя пальцы. Это была пьеса ученицы пятого класса той же школы, которую вручил директору непосредственно сам учитель русского языка, с благоговением воззирая на вышеупомянутую тетрадь.

Его губы беззвучно шептали вновь и вновь ...