... ух, свирепо глядя на меня, и дробно протопала мимо розовыми твердыми пятками к мусорному ведру, не обращая внимания на мое старательное шипение, выгнутую спину, раскрытый рот, стоящую дыбом шерсть и распушенный хвост.

Она вскарабкалась в ведро, мелькнув на его кромке голым серым хвостом, и исчезла в отбросах, шурша бумагой и звеня там банками. Я все шипел, стоя боком к ведру и дергая в воздухе растопыренной лапкой с до предела выставленными крохотными когтями, но ей это было, как говорят аборигены, до фени. Она могла своими желтыми клыками перекусить меня пополам, а то и в мгновение ока растерзать в клочья, но просто мараться не хотела.

***

`Вот тебе и защита! -- хохотала Ольга, когда они с Игорем вернулись домой, а я им выбежал навстречу на еще слабых лапках и тут же опрокинулся на спину на вираже. -- Марсик, а Марсик, где же твой устрашающий запах, друг мой? Смотри, эти сволочи нам все ведро раскидали по кухне. Куда ты смотрел, а?` `Подожди, Оленька, - Игорь взял меня на руки и заглянул в глаза. -- Он так странно смотрит... Я никогда не видел, чтобы животное так смотрело...

Марсик, может ты и не котенок вовсе? Оля, я серьезно. У него совершенно осмысленный взгляд. Того и гляди, раскроет пасть и что-нибудь скажет...` `Скажет, скажет, - отмахнулась она. -- Говорили нам взять взрослого кота. Он не допустил бы такого беспредела.` `А мы тоже вырастем, - ласково скалился мой хозяин, которого я тот...

... ованности моего мира мне не раз приходилось в экстремальной ситуации проявлять себя. Кроме того, рыцарские романы, как назвали бы местные существа мои произведения, воспитали меня самого достаточно правильно. Так что на этот раз Игорь как в воду смотрел...

Меня отпустили поиграть с Артуром. Это было достаточно страшно, и я без конца `делал верблюда`. Но я был все-таки просто котенком, застоявшимся в четырех стенах, а потому я охотно носился, к радости людей, позволял ему меня переворачивать огромными лапами на спину и даже покусывать улыбчивыми острыми осторожными зубами, способными малейшим усилием отправить меня к следующей конверсии.

***

После такой замечательной прогулки я спал как никогда крепко у Лизы в ногах и не сразу понял, что за знакомый жуткий звук заставил меня вскочить на кроватке. Оля таращилась на дверь на кухню, держа на коленях перескочившую к ней на кровать перепуганную Лизу, пока на кухне шел настоящий бой. Я соскочил на пол. `Нет! -- истерически закричала Лиза. -Марсик, иди сюда! Папа сам! Мама, не пускай его...` Но я уже был на кухне.

Игорь загнал там в угол уже взрослого вида одноглазого с некоторых пор крыса и с искаженным страшным лицом изо всех сил тыкал в него палкой с перекладиной на конце для мытья полов. Крыс метался, вставал на задние лапы, скалился и пронзительно верещал. Из-под холодильника торчали четыре дрожащие от возбуждения морды и гор...

... сосредоточиться... Если бы я хоть раз сумел... памятники на главных площадях всех городов мира... Нобелевская премия вместо... всего вот этого, Боже мой! Как не повезло ракоциду, что его открыл я, а не молодой, статный, обязательно яйцеголовый и бородатый... А еще лучше -- коллектив единомышленников... творческое единство. А я?

Средневековье, алхимия какая-то, одиночка без даже высшего образования...

Философский камень и Синяя борода... Причем тут борода, спросите вы? А у меня, - хитро засмеялся он, - всегда и все при чем-то!.. Ее не ждут, а она тут как тут -- на всех ее хватает, на верных и неверных, молодых и старых, богатых и бедных, удачливых и неудачников, умных и глупых... Даже вот на вашего Марсика хватило...` `Помогите ему, - плакал Игорь. -- Хоть какой-то полуфабрикат-то у вас есть здесь? Дайте ему. Хуже все равно не будет...`

`Вы так думаете? -- резко и визгливо крикнул Владислав. -- Все-то вы все знаете! А если будет стократ хуже, тогда что?` `Господи, да что же может быть хуже-то?` `Идите сюда. Можно вместе с котом. Пусть тоже посмотрит. В этой пробирке не сигаретный пепел, убивающий миллионы, и не лекарство от рака. Это сам рак. Я не могу спасти вашего кота. Пока этого не может никто.

Но это основа для массовой вакцинации. Которую пока Боже упаси выпустить из этой пробирки. Ибо порошок начнет пожирать влагу воздуха и водоемов и расти, безмерно размножаться, порождая себе подобные чужеродные н...