... ных положений. Далай-лама пишет: `Какой же может быть практика большинства людей? Аморальный образ жизни, требующий обмана, лжи и тому подобного, противоположен религиозной практике и несовместим с ней. Однако можно жить в гармонии с религиозной практикой, занимаясь достойными мирскими делами` [2]. В истории буддизма известны многие практикующие, которые не только вели семейную жизнь, и но занимали важные государственные должности вплоть до министров и даже царей.

По большому счету, позиция автора `Сатанизма...` непонятна вообще -- он одновременно критикует буддизм, как пессимистическое и черствое учение, и тут же теософию -- за то, что она ему якобы противоречит:

`Аpхат знает, что нет никакого `Я` -- в том числе его собственного. Поэтому никакое `люби ближнего как самого себя` здесь невозможно. Геpманн Ольденбеpг, кpупнейший специалист по индийской культуpе, замечает, что евpопейский пpопагандист буддизма Тэн слишком пеpеиначил буддизм в соответствии с евpопейскими ценностями. Буддийское `милосеpдие` совеpшенно иное:

это не милосеpдие к чужому стpаданию, а забота о собственном спасении; `холодом веет от этого состpадания, а не той любовью и теплом, о котоpых говоpит Тэн` [3, с. 405].

В то же время мнение теософов о буддийском сострадании совершенно противоположно, причем оно основывается на сутрах, т.е. словах Будды: `Как далек он при этом от потери чувства любви, показывает описание душевного состояния Адепта в Меттра Сутте: `Любовь матери, ко...

... одежду.` [3, с.398].

Это действительно так, но этой идее по меньшей мере несколько тысяч лет и потому она никак не может быть изобретением западных теософов.

`Как, покинув старые одежды, человек берет новые, другие, так, покинув старые тела, входит воплощенный в другие, новые.` (Бхагавад-гита, II.22) [12]

Как уже отмечалось ранее, автор руководствуется в основном суждениями о буддизме лиц, зачастую не являющихся последователями этой традиции, или даже являющихся ее критиками. Ссылаясь на книгу Кожевникова `Буддизм в сравнении с христианством`, он утверждает, что Будда `...называет состояние единения с великим Брахманом -- несуществующим` [3, с.443]. `Будда принес `благую весть`: это ложная цель, нет пути к Брахме и не надо.` [3, с.

422]. Действительно, некоторые буддисты придерживаются и таких взглядов, но сам Будда в `Сутре о познании Вед` говорит иначе:

`Поистине, Васеттха, чтобы бхикшу, безгневный, добрый, чистый, свободный, мог бы по смерти, по разрушении плоти, соединиться с Брахмой, -- такой порядок вещей легко может быть.` (III.8). В этой сутре он действительно критикует брахманов, но критикует он их по сути за фарисейство, за то, что они ведут такую жизнь, которая не приведет их с соединению с Брахмой, которому они учат:

`Привязанные к тем пяти вещам, источникам страсти, побеждаемые ими, жадные до них, не видящие в них опасности, не знающие их мимолетности, счастливые ими -- чтобы те брахманы могли по смерти, когда разрушится тело, соед ...

... ших человеческие жертвоприношения, Бурдуков считал только его подражателями (Бурдуков А.В.

Человеческие жертвоприношения у современных монголов // Сибирские огни. -- 1927).

Читая 12 главу `Сатанизма для интеллигенции`, мы встречаем описание использования содранной кожи (`тулум`), в качестве молитвенной принадлежности. Диакон Кураев, очевидно, не обратил внимание, где именно, по словам А.В.Бурдукова, хранил Джа-лама эту `необходимую молитвенную принадлежность`. Она находилась в юрте-складе, попросту говоря, в кладовой. Это ясно показывает ее значение для `ритуалов` Джа-ламы. Если учесть крайне уважительное отношение монголов ко всем предметам культа -- факт помещения уникальной `молитвенной принадлежности` на склад говорит сам за себя. Отношение Джа-ламы к `коже Мангуса` можно узнать из диалога с А.В.Бурдуковым. Показателен уже сам вопрос Бурдукова, который спрашивает Джа-ламу, зачем ему эта кожа. Джа-лама спокойно ответил: кожа нужна для выполнения обряда, но согласился, что `в кладовой с продуктами ей пожалуй не место, и тут же распорядился куда-нибудь ее убрать` (Бурдуков А.В. Указ. Соч. -- С. 113).

Здраво рассудив, легко понять, что кожа киргиза имела для Джа-ламы какое-то другое значение, но отнюдь не как элемент ритуала, а, скорее всего, как символ его личного торжества над мужественным противником.

Не соответствует правде и утверждение А.Кураева о том, что никто из лам не осуждал `ритуалы` Джа-ламы. Ламы активно выступали против его действий ...