... руках.

Просто нужно очень верить этим синим маякам, и тогда нежданный берег из тумана выйдет к вам.

1957

ВАНЬКА МОРОЗОВ

А.Межирову

За что ж вы Ваньку-то Морозова?

Ведь он ни в чем не виноват.

Она сама его морочила, а он ни в чем не виноват.

Он в старый цирк ходил на площади и там циркачку полюбил.

Ему чего-нибудь попроще бы, а он циркачку полюбил.

Она по проволоке ходила, махала белою рукой, и страсть Морозова схватила своей мозолистой рукой.

А он швырял большие сотни:

ему-то было все равно.

А по нему Маруся сохла, и было ей не все равно.

Он на извозчиках катался, циркачке чтобы угодить, и соблазнить ее пытался, чтоб ей, конечно, угодить.

 Не думал, что она обманет:

ведь от любви беды не ждешь...

Ах Ваня, Ваня, что ж ты, Ваня?

Ведь сам по проволке идешь!

1957

ГОЛУБОЙ ШАРИК

Девочка плачет: шарик улетел.

Ее утешают, а шарик летит.

Девушка плачет: жениха все нет.

Ее утешают, а шарик летит.

Женщина плачет: муж ушел к другой.

Ее утешают, а шарик летит.

Плачет старушка: мало пожила...

А шарик вернулся, а он голубой.

1957

ВЕСЕЛЫЙ БАРАБАНЩИК

Встань пораньше, встань пораньше,

встань пораньше, Когда дворники маячат у ворот.

Ты увидишь, ты увидишь

как веселый барабанщик в руки палочки кленовые берет.

Будет полдень, суматохою пропахший, звон трамваев и людской...

... окрыми.

Плачьте, дети!

Умирает мартовский снег.

Мы устроим ему

веселые похороны.

По кладовкам по темным поржавеют коньки, позабытые лыжи

по углам покоробятся...

Плачьте, дети!

Из-за белой реки скоро-скоро кузнечики к нам заторопятся.

Будет много кузнечиков. Хватит на всех.

Вы не будете, дети,

гулять в одиночестве...

Плачьте, дети!

Умирает мартовский снег.

Мы ему воздадим генеральские почести.

 Заиграют грачи над его головой, грохнет лед на реке в лиловые трещины...

Но останется снежная баба вдовой...

Будьте, дети, добры и внимательны

к женщине.

1964

ПЕСЕНКА

О ХУДОЖНИКЕ ПИРОСМАНИ

Николаю Грицюку

Что происходит с нами, когда мы смотрим сны?

Художник Пиросмани выходит из стены,

из рамок примитивных, из всякой суеты и продает картины за порцию еды.

Худы его колени и насторожен взгляд, но сытые олени с картин его глядят,

красотка Маргарита в траве густой лежит, а грудь ее открыта - там родинка дрожит.

И вся земля ликует, пирует и поет, и он ее рисует и Маргариту ждет.

Он жизнь любил не скупо, как видно по всему...

Но не хватило супа на всей земле ему.

1964

ГРИБОЕДОВ В ЦИНАНДАЛИ

Цинандальского парка осенняя дрожь.

Непредвиденный дождь. Затяжной.

В этот парк я с недавнего времени вхож - мы почти породнились с княжной.

Петухи в Цинандали крич...

... Вл. Соколову

1

У дороги карета застыла.

Изогнулся у дверцы лакей.

За дорогой не то чтоб пустыня - но пейзаж без домов и людей.

Знатный баловень сходит с подножки, просто так, подышать тишиной.

Фрак малиновый, пряжки, застежки и платочек в руке кружевной.

2

У оврага кузнечик сгорает, рифмы шепчет, амброзию пьет и худым локотком утирает вдохновенья серебряный пот.

Перед ним - человечек во фраке на природу глядит свысока и журчанием влаги в овраге снисходительно дышит пока.

 Ах, кузнечик,безумный и сирый, что ему твои рифмы и лиры, строк твоих и напевов тщета?

Он иной, и иные кумиры перед ним отворяют врата.

Он с природою слиться не хочет...

Но, назойлив и неутомим, незнакомый ему молоточек монотонно стрекочет пред ним.

3

Вдруг он вздрогнул. Надменные брови вознеслись неизвестно с чего, и гудение собственной крови докатилось до слуха его.

Показалось смешным все, что было, еле видимым сквозь дерева.

Отголоски житейского пира в этот мир пробивались едва.

Что-то к горлу его подступило:

то ли слезы, а то ли слова...

Скинул фрак. Закатал рукава...

На платке оборвал кружева...

То ли клятвы, а то ли признанья зазвучали в его голове...

4

И шагнул он, срывая дыханье, спотыкаясь о струны в траве, закружился, цветы приминая, пятерней шевелюру трепля, рифмы пробуя,лиру ломая и за ближнего небо моля.

Он не то чтобы к славе стремился - просто жил, искушая судьбу...

И серебряный пот заструился...