... ме у Гийо Гельдри Не брали денег за ночлег.

XXIX

Им также - `Посох` (проще,

`Клюшка`)

На улице Сент-Антуана, Сверх этого подарка - кружка, Чтобы из Сены пить допьяна;

А голубкам из тех, что рано В тюрьме повадились гнездиться, Советую я неустанно С женой тюремщика дружиться.

XXX

Засим тот скарб, что мной нажит, Больницам отпишу я разом, Для тех, кто в стужу там дрожит, Всклокоченный, с подбитым глазом, Теряющий от горя разум, Заросший грязной волосней, К тычкам, насмешкам и отказам Приученный с пелен нуждой.

XXXI

Пусть заберет бородобрей Растительность, что удалил С лица и головы моей;

Портной - тряпье, что мне пошил;

Сапожник - рвань, что я носил, Пока не прохудится кожа:

Я им, зане хватает сил, Воздать за труд обязан все же.

XXXII

Нищенствующим орденам, А также девкам в дом работный Я столько вкусной пищи дам, Чтоб черноризец кушал плотно, И проповедовал охотно О Страшном Божием суде, И мог на шлюхах беззаботно Учиться верховой езде.

XXXIII

Клюку святого Мавра пусть Жан де ла Гард получит в долю.

Он ею - в том я поручусь - Тереть горчицу сможет вволю, Но все-таки, зане всех боле Мне козни строить был охоч, Пусть подагрические боли Испытывает день и ночь.

XXXIV

Засим Мерб¦фу и Лувье - Монеты в скорлупе яичной;

Смотритель же пруда Гувье, Пьер де Русвиль наш горемычный, Получит также дар отличный - Ему я отказать готов Те деньги, коими обычно Бросается Принц дураков.

XXXV

Вот так, свое дик...

... то продал черту душу и живот.

Мне помоги, чтоб я не совершила Того, что погубило б Теофила, Не пожалей Ты грешника тогда.

Завет Господень я не преступила И этой верой буду жить всегда.

Нища я, дряхла, старостью согбенна, Неграмотна и, лишь когда идет Обедня в церкви с росписью настенной, Смотрю на рай, что свет струит с высот, И ад, где сонмы грешных пламя жжет.

Рай созерцать мне сладко, ад - постыло, И я молю, чтоб Ты не попустила, Владычица, мне угодить туда.

Заступницу в Тебе я с детства чтила И этой верой буду жить всегда.

Во чреве. Дева, Ты Христа носила, И Он, чьи вечно царство, власть и сила, Любовью движим, коей нет мерила, Людей спасти с небес сойдя сюда, Обрек себя на муки и могилу.

Наш Бог всеблаг - так я доднесь твердила И этой верой буду жить всегда.

LXXX

Засим не оставляю милой Ни сердца, ни своей души я:

Она ведь не меня любила, А вещи несколько иные.

Какие ж? Кошельки тугие С монетами в изрядной дозе.

Нет, лучше сунуть в петлю выю, Чем отписать хоть грош сей Розе!

LXXXI

До тошноты я ею сыт, И у меня уж никогда В штанах, как встарь, не засвербит;

А ей, возникни в том нужда, Всегда помогут без труда Наследники Мишо, к примеру.

Сей муж, по прозвищу Елда, Спит в Сен-Сатире близ Сансера.

LXXXII

Все ж, чтоб оставить что-нибудь, Скорей, не даме, но Амуру, Зане в ней искру чувства вздуть Не смог я, как ни тщился сдуру, Хоть не была она натурой Холодной столь же и к другим, Что рьяно строили ей куры (Чужд...

... н был твердо уверен, что получит такое же письмо от Бога, с прощением всех своих грехов. Быть может, в духе своей сухой и рассудочной мистики он продолжил лестницу феодальных юрисдикций в бесконечность и в душе его смутно бродило дикое, но глубоко феодальное ощущение, что есть Бог над Богом...

`Я хорошо знаю, что я не сын ангела, венчанного диадемой звезды или другой планеты`, - сказал о себе бедный парижский школьник, способный на многое ради хорошего ужина.

Такие отрицания равноценны положительной уверенности.

...