... вели, посадили в легковую машину между двух здоровых кагебистов и отвезли в Лефортовскую следственную тюрьму КГБ. Здесь раздели до гола, прощупали каждую складку одежды, заглянули в зад. `И там запрещенную литературу ищите!`- не выдержал я. `Так положено`,- ответила надзирательница.

После обыска отвели в темную одиночную камеру с железной койкой и столиком, зацементированными в пол, и небольшим зарешеченным оконцем под потолком, закрытым снаружи железными жалюзами. Горшкова вскоре заменила бригада следователей под руководством Трофимова А.В., который занимался лично мной. Мне он напоминал крысу, готовую ради личной выгоды служить любому режиму будь то фашизм, нацизм или коммунизм. Лишь однажды вырвалась у него мысль, которая, видимо, беспокоила его. `Вот вы все говорите о невинных сталинских жертвах`, - сказал он мне,- `А знаете сколько работников НКВД уничтожил Сталин?`

`Диктаторы, заметая следы, в первую очередь уничтожают исполнителей грязных дел`,- ответил я. Больше он к этой теме не возрaщaлся.

Иногдa нa допросax вeличeствeнно появлялся нaчaльник слeдствeнного отдeлa КГБ по Москвe и Московской облaсти Коньков Н.И. по габаритам и поведению напоминавший разжиревшую свинью. Из всех сотрудников КГБ, с которыми мне приходилось иметь дело, я не встречал ни одного интеллигента даже начального уровня. Такую роль пытался играть только начальник Лефортовской тюрьм...

... ильники мяли и растрясали в дороге. Многие детали из них просто воровали. Так мне приходилось видеть радиолу, у которой была пробита задняя, картонная стенка и вынуты ценные радиодетали. Везти все это для ремонта обратно было очень накладно. Да и не было никакой уверенности, что при обратной доставке по длинным ужасным сибирским грунтовым дорогам все это не придет снова в прежнем негодном виде. Для этих организаций я был просто клад. Ко мнe стали приставать с просьбами о ремонте. В целях предосторожности я пошел проконсультироваться к местным юристам, в частности, к районному судье Виноградову А.Н. Меня заверили, что все законно, но я должен оформить отношения договором. Были оформлены договора между мной лично и организациями, в которых было четко указано, что организации отвечают за правильность оплаты и `обязуются оплатить работу в соответствии с существующими расценками`.

Трудность ремонтов состояла в том, что не было запчастей. Мне приходилось писать на заводы, в `Посылторг`, скупать вышедшую из строя бытовую технику у местного населения с тем, чтобы добыть искомую деталь. У холодильников обычно при перевозке мяли и деформировали двери и естественно никто не хотел брать такой агрегат. Часть дверей я снимал с купленных старых холодильников, часть привозил мнe из Улан-Удэ знакомый шофер, который доставал их у мастеров по ремонту. В ноябре 1977г я вообщ...

... нов, не выдержав пыток, повесился в камере карцера.

В концлагере царил произвол `красных`, избивавших `мужиков` и тех, кто не хотел вступать в СВП (секция внутреннего порядка), т.е. стать `красным`.

Не брезговал Друй и всевозможными махинациями. В частности, используя труд заключенных, изготавливал по заказам номенклатуры за символическую плату великолепные мебельные гарнитуры, ремонтировал автомашины, отпускал `списанные` материалы и таким образом держал в зависимости собственное руководство МВД, прокуратуру и высшее руководство БурАCСР, включая обком. Да и по сути дела все руководство Бурятской республики было связано круговой порукой и представляло собой единую мафию.

В конечном счете (уже после моего освобождения) Друй попался на взятках, но отделался легким испугом и был с почетом отправлен на пенсию.

Ныне он проживает в 3-х комнатной квартире в Улан-Удэ, 670000, по ул.Борсоева 29, кв.37 (Тел: 2-93-12).

Но и на пенсии он сохранил свои привычки относится к людям как к скотине. Мне пришлось видеть, как игнорируя огромную очередь в магазине, он подал чек продавцу. На мой вопрос: `Почему без очереди?`-с детской наивностью ответил: `А я ее не заметил!`

Зэки рассказывали, что Друй велел собрать всех кошек в ИТК в

мешок, бросил мешок в топку в котельной и наблюдал как они орут и

мечутся в огне. Другой случай был при мне. В яме туалета ШИЗо нашли арестанские ми...