... одновременно и общим, и различным;

вопросы, выявляющие довольно тонкие - но весьма и весьма существенные! - различия между еврейской и христианской системами этических ценностей.

1. Еврейская `любовь к ближнему` и христианская `любовь даже к врагам` - в чем они различаются на самом деле

Поверхностный читатель еврейских и христианских текстов решит (и именно такая точка зрения закрепилась в европейской массовой культуре), что еврейская религия требует только `любви к ближнему`, а христианская говорит о `любви ко всем людям, и даже к врагам`. то распространенное представление, однако, далеко не верно.

Не будем останавливаться здесь на том, что для христианина `любовь к врагам` предписывается только по отношению к его личным врагам, в то время как по отношению к `врагам Христовым` предписывается борьба вплоть до полного их уничтожения. Сконцентрируемся на том, что думает о `любви к врагам` иудаизм.

Прежде всего отметим, что совершенно неверно считать, что иудаизм предписывает любовь только по отношению к евреям. На самом деле и в еврейской Библии, и в Талмуде, и в высказываниях Мудрецов более поздних поколений неоднократно говорится о единстве человечества, о том, что всякий человек создан по образу и подобию Бога, о любви ко всему человечеству.

Идеалом именно такой, универсальной любви является в иудаизме наш праотец Авраам - уже из этого видно, насколько важное место в иудаизме занимает `любовь ко всему человечеству`.

Однако ...

... едьмого дня погони Лаван увидел их вдалеке. И Лаван решил, что наутро разделается он с Яаковом, и лег спать довольный.

Но ночью во сне явился к Лавану haШем и сказал:

- Не делай Яакову ничего плохого, Лаван. Берегись!

Испугался Лаван. И когда на следующий день догнал он Яакова, то повел он такой разговор:

- Зачем же ты удрал от меня?! Ты бы вежливо попросил разрешения, и я с радостью отпустил бы тебя и проводил с песнями и плясками. А так ты даже не дал мне проститься с моими дочками и с моими внуками!

И Яаков ответил Лавану:

- Но ведь я не раз говорил тебе, что хочу уйти домой, а ты постоянно менял наш уговор про овец и не хотел меня отпускать.

Тогда Лаван и говорит:

- Ну хорошо. То, что ты хотел домой, - это я понимаю, но зачем же ты украл моих богов, моих терафим?

Тут Яаков вспылил и сказал:

Я украл?! Только идолопоклоннику могли понадобиться твои терафим! Пусть умрет тот, кто их взял! Иди и поищи в моих шатрах сам.

Яаков ведь не мог себе представить, что терафим были у его любимой Рахели!

Получилось, что он сам пожелал ей смерти.

И Лаван стал обыскивать шатры Яакова. Тогда Рахель положила терафим в сумку и села на нее сверху. И Лаван перерыл все, что было у Яакова, но не нашел своих терафим. И тогда он сказал:

- Я, конечно, могу тебя наказать. Ведь ты пришел ко мне нищим. Твои жены принадлежат мне, твои сыновья-тоже мне, а твои овцы-это мои овцы. И все, что здесь есть, все это ты получил от меня. Но haШем, Бог твоего отца, сказал мне, чтобы я теб...

... бочим движением в стране.

И, наконец, несмотря на всю нравственную и действенную поддержку религиозно-сионистской партии Мизрахи - конечно, наиболее близкую ему группу в еврейском населении страны в то время - при том, что он очень ценил Мизрахи за ее достижения в практической области, он постоянно указывал на то, что Мизрахи слишком прагматична и не создает для сионистского движения настоящего духовного лидерства.

Рав Кук умел находить общий язык с самыми разными слоями еврейского общества. Даже его противники из среды Старого ишува называли его `hа-Рав hа-Гаон hа-тоэ`, т.е. `великий ученый раввин, который ошибается`. Он мог писать такие религиозные статьи, которые читались и обсуждались в среде нерелигиозных сионистов. Стиль его общения с нерелигиозно-сионистским миром был полон дружеского соучастия и поддержки, в его словах никогда не было категорического неприятия того или иного движения или начинания. Сам он говорил о себе так: `Я кричу и взываю, когда я вижу скверну, но мои слова упорядочены, благожелательны и спокойны`. Это свойство его полемики сделало возможным истинный диалог и дружеские связи даже с совершенно нерелигиозными деятелями сионистской культуры (создателем разговорного иврита Элиэзером Бен-Иеhудой; крупнейшим писателем Второй алии Й.Х.Бреннером; поэтом Х.Н.Бяликом). Рав Кук умел видеть и подчеркивать положительные стороны в совершенно далеких от него по духу течениях.

Рассказывают историю, что однажды к нему пришел од...