... и следа апокалипсических слухов на Флорине; сбор и переработка кырта шли гладко, как всегда.

Файф снова созвал совещание. Сквайры явились вовремя. Сначала Борт, сжав губы, царапая толстым обломанным ногтем щетину на небритой щеке.

Потом Стин, только что смывший краску с лица, бледный, с нездоровым видом.

Балле, равнодушный и усталый, со впалыми щеками, окруженный подушками, со стаканом молока рядом. Последним - Руне, опоздавший на две минуты, надутый, с влажными губами.

Файф начал:

- Сквайры! Прошлый раз я говорил об отдаленной и сложной опасности.

Сегодня она не так уж далеко. Она близко, очень близко. Один из вас знает, о чем я говорю. Остальные скоро узнают.

- О чем же вы говорите? - отрывисто спросил Борт.

- О государственной измене!

БЕГЛЕЦ

Мирлин Теренс покинул космодром и погрузился, наконец, в благословенную тень Нижнего Города. Он шел уверенно и не спеша, как и положено патрульному. И крепко сжимал свой нейрохлыст. Улицы пусты.

Туземцы прячутся по хижинам. Тем лучше. Его ни о чем не спрашивают. Никто не задерживается, чтобы взглянуть в его бледное флоринианское лицо, не изучает его внешности. Черно-серебряного мундира вполне достаточно.

Но теперь пора перестать быть патрульным.

И другое. Отныне он не будет в безопасности нигде на Флорине.

Убийство патрульного - величайшее преступление, и даже через 50 лет...

... о лишь на одно: они хотят встретиться со мной.

- Да, они настаивают на встрече с Автархом.

- Больше ничего?

- Больше ничего.

- Они не входили в почтовое судно?

- Нет. Мы все время прекрасно их видим. За штурвалом находится молодой человек аристократической наружности. Он попросил передать вам одно слово: `Джилберт`. Говорит это вам что-нибудь?

Автарх, как бы не слыша вопроса, продолжал смотреть в окно. На Лингане не всегда царила власть автархов. Когда-то ею управляли различные династии мелких удельных князьков. Это были сплошь аристократические семьи. Они были чрезвычайно богаты, и их мало волновали проблемы землевладения.

Из-за этого Лингану постигла обычная в таких случаях участь. Власть переходила от одной семьи к другой. Интриги и дворцовые перевороты стали хроническими, так что если Родия была образцом политической стабильности, то Лингана могла служить образцом беспорядка и анархии. `Безалаберный, как Лингана`, - говорили люди.

Соседние планеты объединились в группы и становились могущественнее, а на Лингане гражданская война становилась неуправляемой. Поэтому соседи путем долгой цепи интриг заменили многих князьков на одним сильным правителем, сосредоточив в одних руках всю власть.

При Автархии Лингана укрепилась и стабилизировалась. Даже Тирания относилась к ней с некоторым почтением. В то время как другие планеты Королевств Космической Т...

... не могу прерывать важный эксперимент ради приема пищи.

Он вновь взглянул на заметки.

- Ты не представляешь, что за человек этот Шварц. Я рассказывал тебе о его черепе?

- Он имеет примитивную форму. Ты говорил.

- Но это не все. У него тридцать два зуба, в том числе один, должно быть, вставленный искусственно, да еще так странно. По крайней мере, я еще не видел зуба, который бы крепили к соседним, вместо того, чтобы вживлять в челюстную кость. Ты когда-нибудь видела человека с тридцатью двумя зубами?

- Я не занимаюсь подсчетом чьих-либо зубов, отец. Сколько их должно быть, двадцать восемь?

- Именно. Но я еще не закончил. Вчера мы провели внутренний анализ.

Как ты думаешь, что мы нашли?.. Угадай!

- Кишки?

- Пола, ты стремишься меня разозлить, но это тебе не удастся. Можешь не гадать, я тебе скажу. Шварц имеет открытый аппендикс три с половиной дюйма длиной. Великая Галактика, это совершенно беспрецедентный случай. Я консультировался у медиков, - со всеми предосторожностями, конечно, - аппендикс не бывает длиннее, чем половина дюйма и никогда не открыт.

- Ну, и что это значит?

- То, что этот человек - настоящее живое ископаемое. - Он поднялся с кресла. - Слушай, Пола, я думаю, мы не должны отдавать Шварца. Он представляет собой слишком ценный образец.

- Нет, нет, отец, - быстро проговорила Пола, - ты не можешь этого сделать. Ведь ты обещал фермеру вернуть Шварц...