... ся в саду. Этот индеец кажется человеком подходящим, хотя доктор предпочел бы негра.

- Ты даришь мне жизнь и просишь, как о милости, принять твой подарок.

Хорошо. Будь по-твоему. Когда ты можешь прийти?

- Еще не окончится первая четверть луны, как я буду здесь, - сказал индеец, целуя край халата Сальватора.

- Как твое имя?

- Мое?.. Кристо - Христофор.

- Иди, Кристо. Я буду ждать тебя.

- Пойдем, внучка! - обратился Кристо к девочке и снова подхватил ее на руки.

Девочка заплакала. Кристо поспешил уйти.

ЧУДЕСНЫЙ САД

Когда Кристо явился через неделю, доктор Сальватор сосредоточенно посмотрел ему в глаза и сказал:

- Слушай внимательно, Кристо. Я беру тебя на службу. Ты будешь получать готовый стол и хорошее жалованье... Кристо замахал руками:

- Мне ничего не надо, только бы служить у вас.

- Молчи и слушай, - продолжал Сальватор. - У тебя будет все. Но я буду требовать одного: ты должен молчать обо всем, что увидишь здесь.

- Скорее я отрежу свой язык и брошу его собакам, чем скажу хоть одно слово.

- Смотри же, чтобы с тобой не случилось такого несчастья, - предупредил Сальватор. И, вызвав негра в белом халате, доктор приказал:

- Проводи его в сад и сдай его в руки Джиму.

Негр молча поклонился, вывел индейца из белого дома, провел через знакомый уже Кристо двор и постучал в железную калитку второй стены.

Из-за стены послышался лай собак, калитка скрипнула и мед...

... кашивались. Сидя на скамейке, следила она за неизвестным.

А человек в кандалах, осторожно пробираясь между кустами, приближался к дому, заглядывая в окна.

И вдруг - или она ослышалась - каторжник тихо позвал:

- Гуттиэре!

`Так вот она, красота-то! Вот с кем знакомство водит! Чего доброго, эта красавица убьет меня с сыном, ограбит гасиенду и сбежит с каторжником`, - думала Долорес.

Старуху вдруг охватило чувство глубокой ненависти к снохе и горького злорадства. Это придало ей силы. Она вскочила и побежала в дом.

- Скорей! - шепотом сказала Долорес сыну. - В сад забрался каторжник.

Он звал Гуттиэре.

Педро выбежал с такой поспешностью, как будто дом был объят пламенем, схватил лопату, лежавшую на дорожке, и побежал вокруг дома.

У стены стоял неизвестный в грязном, измятом костюме, со скованными руками и смотрел в окно.

- Проклятие!.. - пробормотал Зурита и опустил лопату на голову юноши.

Без единого звука юноша упал на землю.

- Готов... - тихо сказал Зурита.

- Готов, - подтвердила следовавшая за ним Долорес таким тоном, как будто ее сын раздавил ядовитого скорпиона. Зурита вопросительно посмотрел на мать:

- Куда его?

- В пруд, - указала старуха. - Пруд глубокий.

- Всплывет.

- Камень привяжем. Я сейчас...

Долорес побежала домой и торопливо начала искать мешок, в который можно было бы положить труп убитого. Но еще утром все мешки она отправила с пшеницей на мельни ...

... недолгим. Бальтазар и Кристо стояли на мостике подводной лодки, а рядом - высокий человек с хищным носом и глазами орла.

С палубы лодки он громко крикнул:

- Педро Зурита! Вы должны немедленно выдать похищенного вами Ихтиандра! Даю вам пять минут, или я пущу вашу шхуну ко дну.

`Предатели! - подумал Зурита, с ненавистью глядя на Кристо и Бальтазара. - Но лучше потерять Ихтиандра, чем собственную голову`.

- Я сейчас приведу его, - сказал Зурита, слезая по вантам. Матросы уже поняли, что надо спасаться. Они быстро спускали шлюпки, бросались в воду и плыли к берегу. Каждый из них заботился только о себе.

Зурита сбежал по трапу к себе в каюту, поспешно вынул мешочек с жемчугом, сунул его к себе за рубаху, захватил ремни и платок. В следующую минуту он открыл дверь каюты, где находилась Гуттиэре, поднял ее на руки и вынес на палубу.

- Ихтиандр не совсем здоров. Вы найдете его в каюте, - сказал Зурита, не выпуская Гуттиэре. Подбежав к борту, он посадил ее в шлюпку, спустил шлюпку на воду и прыгнул в нее сам.

Теперь подводная лодка не могла преследовать шлюпку: было слишком мелко. Но Гуттиэре уже увидела Бальтазара на палубе подводной лодки.

- Отец, спаси Ихтиандра! Он находится... - Но она не договорила, Зурита заткнул ей рот платком и торопился связать ремнем руки.

- Отпустите женщину! - крикнул Сальватор, видя эту расправу.

- Эта женщина - моя жена, и никто не вправе вмешиваться ...