... большей охотой будут лечиться у Цорна эти уроды!

Так во всем сказывалась продуманная система Цорна, тесно переплетавшая медицинские и коммерческие цели.

Сестра приветливо кивнула головой, как старому знакомому, - Престо для всех был старым знакомым, - и сказала:

- Сегодня вы отдохните, мистер Престо. Доктор Цорн примет вас завтра утром. Разрешите ознакомить вас с домом и его порядками... Ой, мистер, у вас сейчас совершенно такое выражение, как в фильме `На перепутье`! - и она рассмеялась, хорошо рассмеялась: откровенно, молодо, добродушно.

Этот смех не был неприятен Престо. Он даже сам улыбнулся, что с ним бывало редко, причем, как это ни странно, стал менее смешным, потом вздохнул и ответил:

- Да, действительно на перепутье... Ваше имя, миссис? Луиза Кальгаун?

Очень хорошо. Показывайте же мое новое жилище.

Двухэтажная вилла с балконами, верандами, несколькими ванными комнатами была обставлена роскошно. Но не все в этой роскоши понравилось строгому вкусу Престо. Слишком много ковров, гобеленов, бронзы, статуэток, картин, пестроты отделки и стилей.

`Все это на вкус денежных мешков, ничего не понимающих в искусстве`, - подумал Престо и с удовольствием вспомнил свою виллу, которую он обставлял с такою тщательностью. Здесь были рояли и дорогие радиоприемники, телефоны и телеграфные аппараты, библиотека, бильярд. Слуги помещались в отдельной пристройке. Они должны были появляться и исчезать, как сказочные джи...

... н прочитала адрес.

- Да, - сказала она, - адрес наш, но Антонио Престо у нас не живет.

Очевидно, телеграфная ошибка. - И протянула телеграмму почтальону.

Почтальон взял, еще раз пожал плечами и вышел.

Через окно его увидел Престо и окликнул:

- Алло! Кому телеграмма?

- Антонио Престо, - ответил почтальон.

- Давайте сюда. Я Антонио Престо.

Почтальон подошел к окну с озадаченным видом.

- Да... - замялся он. - Но мне сказали, что в этом доме не проживает Антонио Престо. И потом... если это тот Антонио Престо, которого знает вся Америка, то вы, мистер, не очень-то похожи на него. - И почтальон в нерешительности вертел телеграмму в руке.

- Давайте, давайте! - с нетерпением воскликнул Престо, протягивая руку. - Вы доставили телеграмму по адресу, адресат принимает ее, чего же вам еще нужно?

- Но вот мисс сказала... - все еще колебался почтальон.

Престо выхватил у него телеграмму, моментально вскрыл и прочел:

`Решение суда вашу пользу поздравляю Пирс`.

- Отлично, - весело сказал Престо. - Не беспокойтесь. Телеграмму вы вручили адресату. Сейчас распишусь... Вот вам за доставку на дом и за хорошие вести.

И Престо протянул почтальону вместе с распиской десять долларов.

Почтальон расцвел улыбкой, поблагодарил, пожелал всяческих благ и бодро зашагал в обратный путь.

- Победа! - не удержавшись, воскликнул Престо, потряс телеграммой над головой, сделал пируэт, повернулся и увидел Эллен, стоявшую в дв ...

... нно теперь вы покинете меня и возьмете обратно свое слово?.. Судьба фильма, судьба всего предприятия в ваших руках.

Эллен уже не плакала. Но лицо ее выражало страдание. Она колебалась.

Престо с волнением наблюдал за нею, ожидая ответа. Наконец она сказала:

- Мне очень трудно, но я постараюсь закончить картину.

- И стать моей женой? - быстро спросил Престо.

- На этот вопрос сейчас ответить еще труднее... Не торопите меня.

Престо. Дайте мне подумать.

- Хорошо. Я подожду. Работа над фильмом успокоит вас, и тогда мы займемся нашими личными делами Не так ли?

И, успокоенный, уверенный, что все кончится благополучно, он поцеловал ее руку.

ТРИУМФ

Объявления о предстоящем браке мисс Эллен Кей с мистером Антонио Престо сделали свое дело. Газетная кампания клеветы и инсинуаций затихла. Но следы ее остались. Престо видел, как глубоко страдает Эллен. Играя роль героини, она собирала все свои силы, чтобы сосредоточиться, но ее внимание, видимо, раздваивалось. Чего не бывало с самого начала постановки фильма, - некоторые кадры приходилось переснимать. К счастью, конец сценария был полон трагических переживаний героя и героини. Престо и Эллен могли вкладывать в исполнение личные глубокие переживания. И некоторые сцены проходили с потрясающей силой жизненной правды. Даже Гофман, привыкший ко всему, чувствовал необычное волнение и нервную дрожь в руке, вертевшей ручку киноаппарата. Игра Эллен временами подни ...