... тоже не повезло: ехать пришлось в общем вагоне, набитом соответствующей публикой -они непрерывно ссорились, жрали тошнотворную снедь, пили теплую водку и пахли (было довольно жарко, вентиляция не работала). На этом злоключения не кончились: поезд задержался и прибыл на нашу остановку с двухчасовым опозданием. Еле успев выгрузить барахло за три минуты стоянки, мы, взмыленные, злые и голодные, оказались в шесть часов вечера в абсолютно незнакомом месте -- никто из нас не бывал в этом городишке раньше. Наш объект находился в сорока километрах отсюда, причем по грунтовой дороге, а не по шоссе. Автобусы туда не ходили, проката машин в России не существовало, что же касается такси ... да само понятие `такси` было столь же чуждо этому месту, как и понятие космического перелета. Имевшееся у меня письмо из Института к местному начальству с просьбой выделить машину оказалось бесполезным, ибо найти никого не удалось (рабочий день уже закончился). Девчонки обежали все три городские гостиницы -- мест не было.

Это был типичный среднерусский городок, застроенный уродливыми пятиэтажками и полуразваленными деревянными домишками. Пьяные мужики угрюмо шатались по неосвещенным улицам. Сидя на своем барахле на безлюдной вокзальной площади, мы не знали, что делать; было уже около девяти, почти совсем темно. И вот тут-то около нас притормозил проезжавший мимо грузовик.

Из кабины высунулась глупая, но вполне добродушная, харя и весело спросила:

`Куда ехать-то, девоньки?` ...

... боди подследственного и усади на табуретку.

Заключенную пристегни вместо него.

Горилла подошел, отстегнул лямки и рывком вздернул Франца на ноги;

`Слышал, что тебе сказали?` -- прогнусавил он. С трудом переставляя ноги, Франц отошел в сторону и сел на табурет. `Сюда.` -- без выражения приказал охранник Тане.

Не сводя отчаянного взгляда с лица Франца, та опустилась в кресло.

Горилла пристегнул ее и встал у стены.

Женщина прошлась взад-вперед по комнате, остановилась рядом с Францем и мягко положила руку ему на плечо.

Тишину нарушал только мерный звук капель, падавших из плохо закрученного крана.

-- Я организовала эту встречу для того, -- сказала Женщина, обращаясь к Тане, -- чтобы вы помогли следствию повлиять на вашего бывшего возлюбленного -- поверьте мне, в его же собственных интересах. Если вы убедите его рассказать правду, то спасете от тяжких физических страданий.

-- Она вздохнула. -- Нам больше ничего и не нужно -- только правдивый рассказ о том, что произошло.

Выдержав паузу, Женщина сняла тяжелую, как камень, ладонь с плеча Франца и села за стол -- Таня проводила ее непроницаемыми рысьими глазами.

-- Давайте, я расскажу вам обстоятельства дела. -- Женщина откинулась на спинку стула. -- Полтора месяца назад в 21-ом Потоке мужской половины Яруса произошло ужасное преступление: Наставник, два охранника и двадцать три заключенных были зверски убиты. В живых остался лишь один человек -ваш бывший возлюбленный Фран...

... бессмысленности.` `Это почему же я бессмысленная?` -- обиделась она, но Давид не ответил, а вдруг шагнул к ней и оказался совсем близко. Таня подняла голову, чтобы посмотреть на него ...

и тут он, наклонившись, легко поцеловал ее в обветренные губы. Она обмерла, а он обнял ее за плечи и еще раз поцеловал, и еще раз ... и еще ... Таня погладила его по курчавым волосам и, наконец, коснулась пальцами его губ -оказавшихся мягкими и теплыми. Они ничего не говорили, только целовались, а потом Давид взял ее за руку и тихонько потянул к забору. `Оставим яблоки в моем номере?` -- не то предложила сама, не то спросила у него Таня. Давид ничего не ответил, и ее отчего-то всю затрясло. Почти не разговаривая, они перелезли обратно через забор; не спеша, дошли до Дома колхозника. Когда они поднялись на второй этаж и подошли к двери люкса, ее колотила такая сильная дрожь, что трудно было попасть ключом в замочную скважину. Давид накрыл ее пальцы ладонью, и ключ вставился -- они вошли в комнату. Таня, не зажигая света, сняла куртку и бросила ее в кресло, а потом повернулась к нему лицом. И тогда Давид обнял ее и поцеловал так сильно, что у нее перехватило дыхание и вспыхнуло лицо. Он расстегнул верхнюю пуговицу ее рубашки (она только дернулась, но ничего не сказала), затем вторую, третью, четвертую ... `Сейчас у меня разорвется сердце.` -- подумала Таня и обмерла в ожидании. Но тут что-то пришло в движение в окрестности ее талии и ...

из-за пазухи вывалилось яблоко. Она...