... Афина Павловна открыла не сразу. В халатике, с заспанными глазами и помятым лицом она выглядела совсем не так ослепительно, как обычно, и несколько тонких морщинок предательски обнаруживали, что она не так уж и молода.

- Не предупредили и застали врасплох, - проговорила она, - у меня тут не прибрано. Вы раздевайтесь и будьте как дома, а я, извините, пройду в спальню и приведу себя в должный вид.

Олег Петрович, сняв полушубок, задвинул чемодан на антресоли и огляделся. Большая комната за его отсутствие будто уменьшилась. На столе вперемешку с книгами и журналами мод покоилась неубранная посуда, книги валялись также на серванте, на диване находились какая-то шкатулка, щетка, и со стула свисал длинный перекрученный женский чулок. Второго почему-то нигде не было, зато в углу прямо на пол была брошена простыня, скомканная и не очень свежая. На столе у дивана стоял ангел - вместо торшера, надо полагать, - на тумбочке, на телевизоре, на подоконнике, - всюду валялись шпильки, расчески, разнообразные баночки и пузырьки, а из-под стола хищно разинула пасть хозяйственная сумка с заглотанной полбуханкой черного хлеба, тут же приютились перчатки и электрический утюг.

`А я еще пожалел, что не сообщил ей о `лентяйке` и тряпках! Она, поди, даже к венику ни разу не прикасалась`, - усмехнулся Олег Петрович и пошел на кухню готовить завтрак. Он сварил кофе, сделал яичницу, прежде чем Афина Павловна вышла, из сп...

... ные поздравления, сразу сказал, что приехал с серьезным делом.

- О делах - после. Мы с вами, дорогой мой конструктор, сначала по капельке пропустим микстурки за столом, потом вас Вера Михайловна покормит хорошенько с дороги, а то вы, я вижу, совсем отощали на общепитовских харчах. А вот уж потом...

- Нет, нет, - запротестовал Олег Петрович. - Мне надо посоветоваться с вами о моем здоровье, а для этого, как я понимаю, надо быть трезвеньким, так что вы попридержите Веру Михайловну, чтобы не хлопотала.

- Что вы говорите, милочка, у вас что-нибудь серьезное?

- Боюсь, что да.

- Даже так! Тогда, действительно, сначала - дело. Веруша! Не торопись, пожалуйста, мы задержимся на полчасика, рассчитай, чтобы не остыло, - крикнул Кузьма Кузьмич, приоткрыв дверь, и снова повернулся к гостю.

- Раздевайтесь, говорите, на что жалуетесь, сейчас я вас осмотрю, - и полез в письменный стол за фонендоскопом, термометром и прибором для измерения давления.

- Кузьма Кузьмич, мое заболевание не требует осмотра, - попытался остановить его Олег Петрович, но тот распорядился по-своему.

- Раздевайтесь, голубчик, не капризничайте, пожалуйста, начинать всегда нужно с проверки общего состояния...

Затем последовали приказы: `дышите`, `не дышите`, `повернитесь`, `нагнитесь` и тому подобное. Когда дошло до замера давления, Кузьма Кузьмич недоуменно поднял брови.

- Что, очень плохо? - спросил Олег Петрович. ...

... ие сведения, а я настаивала, что нужно ограничиться-чисто духовными инъекциями, чтобы не сбивать мирное и трудолюбивое население Терры на путь Фаэтона.

- Ничего себе - мирное. Посетили бы они Терру лет двадцать назад, нагляделись бы!

- Я настояла... то есть настоял на своем, но Фада выторговала все же некоторую частицу наводящих сведений о каком-то комбинаторе. Утверждала, что это будет способствовать развитию чисто умственных сил населения.

`Террианцы, - доказывала она, - очень не скоро еще достигнут такого технического уровня, при котором смогут откупорить маяки, а к этому времени они поднимутся нравственно настолько, что не обратят полученные возможности во вред друг другу`. Я согласилась. И тогда, выбрав наиболее дикое место планеты, мы выпустили маяк всего лишь за секунду до включения стартовых двигателей.

- А после этого вы установили импульсатор на Селене.

- Нет, это удивительно! Скажите, друг мой, как вам удается так здорово читать мои мысли? Можно подумать, что вы подглядывали за мной откуда-то из-за угла времени!

- Не удивляйтесь, доктор. Все это время я пробыл тоже Лией и пережил то же самое, что и вы.

- Выходит, нам показали один и тот же фильм?

- Выходит так, и было бы странно, случись иначе.

- Так для чего же я вам все рассказывал?

- Я пытался перебить, но вы были так увлечены...

- А ведь и верно!

Кузьма Кузьмич, только что присевший, вновь ...