... вы уже заметили), в общеобразовательной школе меня научили немногому. А если быть точным, единственное (кроме черной рамки), в чем сумели твердо меня убедить мои незабвенные педагоги, это в том, что я абсолютно не пригоден ни к одному из известных человечеству общественно-полезных видов деятельности. Сознавая такую свою никчемность, с выбором профессии я решил пока повременить. Схожу, думаю, сначала в Армию, возмужаю там, конечно, а уж потом возьмусь за этот нелегкий выбор.

Но до призыва еще год, и я ломал голову, чем же занять себя на этот период, да так, чтобы и весело было, и вроде бы как `при деле`. Сутками слонялся я по квартире, перебирая в уме известные мне профессии, отмечая для себя все их достоинства и недостатки.

Я искал занятие на год, но где-то глубоко жила надежда, что, может быть, обнаружится и нечто такое, что я мог бы назвать `делом всей жизни`.

Я шел от противного, т.е. одну за другой браковал профессии, к которым ощущал свою полную непригодность.

Самое трудное было выбрать между оставшимися в итоге пожарником и парикмахером.

В пользу пожарника говорили два соображения: 1. Профессия эта мужественная и почетная; 2. За один год пожаров в нашем городе может и не случиться... но может и случиться - это главное соображение, которое говорило не в пользу пожарной перспективы.

Я мигом представил себя карабкающимся по раздвижной лестнице на д...

... жения ее внешних связей сегодня, на рубеже восемнадцатого и девятнадцатого столетий.

Я просто подпрыгнул:

- Так вот в чем дело! Я смотрю, как-то вы смешно одеты. У нас сейчас - конец двадцатого.

- Быть того не может! - встрепенулся пришелец. - Вы, наверное, просто сами не ведаете, в каком веке живете. Впрочем, это абсурд...

Он внимательно оглядел меня с головы до ног. Мне стало неуютно в своих старых потертых джинсах.

- Неужели ошибка так велика? - быстро заговорил он сам с собой. - Но ведь это значит - полный провал. - Он снова глянул на меня. - Какой, вы говорите, век?

- Конец двадцатого.

- Боже, боже! - сокрушенно бормоча, пришелец заметался по комнате. - Я провалил Задание. А это значит, что меня ждет Полная Замена Личности...

Тут он, как вкопанный, остановился посередине комнаты и нехорошо посмотрел на меня.

- То-то я гляжу, странно тут у вас. Подозрительно-с... Свет, вот...

Говор... Не от Бога это все. Да и вот, право, штаны-то - латанные-перелатанные, комнатушка - не дворец, да-да, а какие вольности себе позволяете. - И его липкий холодный палец ткнулся в молочно-белую поверхность изваяния, оставив на левой груди жирное серое пятно.

Ах, ты, сукин сын!

Я молча сгреб его в охапку и поволок к окну.

- Пардон! - заверещал он. - Не хотел обидеть ваших чувств...

- Давай, вали отсюда!..

- Но Контакт... Прогресс...

- Я те щас законт ...

... Пустая комната. Тапок посередине. Пишу-таки. Ну-ну...

Все правильно, стоит только что-то закончить, как ты теряешь это, а, впридачу, и частицу себя. А ты теперь там, где ты есть на самом деле. Ты проснешься и с удивлением будешь вспоминать странный сон, будто тебя, совсем голую кто-то внимательно осматривает, ощупывает. Было больно. Ты встанешь и впервые в жизни станешь ТАК разглядывать всю себя в зеркале.

Очень даже ничего. Вот только эта противная родинка на груди...

Ты оденешься, соберешь дипломат, и, пройдя через капустный ад студенческой столовой на первом этаже, выйдешь на улицу и вольешься в общий поток, текущий к учебному корпусу. Ты торопишься, Элли, и даже представить себе не можешь, что появилась на свет только сегодня ночью.

Что впереди тебя ждет Желтая Кирпичная Дорога, которая ведет в Изумрудный город. И все твои желания исполнятся. Так будет, ведь я написал так. А я - Бог.

Итак, центр мира создан. Вертись, Вселенная!

Чтобы взбодриться, я резко поднимаюсь. Из кармана вылетает:

- Лось...

Запускаю руку и извлекаю оттуда прямоугольный розовый предмет.

Встряхиваю несколько раз.

- ...тись... ная!.. - отзывается он и замолкает, хоть затрясись. Ну, все ясно.

А что, собственно?

- Бом-м-м... - неожиданно раздается заблудившийся раскат грома, словно аукционный гонг.

Продано!

2

...