... очаг.

Внизу, возле ручья, мы сложили из камней очаг. У Родинки была с собой большая сковородка, так что нам пришлось занять только соль и корицу.

- Пойдем, - сказал Маленький Джон, - прогуляемся вдоль берега, - А ты, Чудик, пока развлек бы гостью. Побеседуйте.

- Нет, эй... погодите, - я лег на спину и заиграл. Ей понравилось, потому что она улыбнулась мне, продолжая готовить.

- У тебя есть дети? - спросил Увалень.

Родинка смазала сковородку куском жира, отрезанного от окорока.

- Один в Вересковой клетке. Двое с мужчинами в Ко.

- Ты много путешествовала, да? - спросил Маленький Джон.

Я заиграл потише, и она улыбнулась мне, складывая кости в кастрюлю.

Жир шипел и трещал на раскаленном металле сковороды.

- Я путешествую, - улыбка, дыхание и насмешка в голосе Родинки были прелестными.

- Ты найди мужчину, который тоже путешествует, - посоветовал Увалень.

У него всегда имелся для каждого совет на все случаи жизни. Иногда это действовало мне на нервы.

Родинка пожала плечами.

- Я так однажды и сделала, мы с ним, наверное, больше не встретимся.

Это его ребенок в клетке. Парня звали Ло Анджей. Прекрасный мужчина. Он никогда не задумывался, куда идти. И всегда шел туда, куда я не хотела.

Нет... - она помешала в кастрюле. - Я мечтаю о постоянном решительном мужчине, который бы ждал моего возвращения.

Я заиграл старый гимн `Билли Байли, вернись, пожалуйста, домой`. Я...

... ь.

- Чудик и Зеленоглазый, вы первыми будете стеречь стадо. Через три часа разбудите Вонючку и Ножика. Мы с Волосатым будем дежурить последнюю смену.

Зеленоглазый поднялся с земли. Я тоже встал, а остальные начали укладываться спать. Мой дракон дремал, на небе светила луна. Прозрачный свет лился на горбатые спины зверей. С болью в руках и ногах я вскарабкался на дракона и стал объезжать стадо.

- Почему они не смотрят на нас?

Вместо ответа Зеленоглазый погладил рукой живот.

- Голодны? Да, здесь нет для них ничего - один песок, - я посмотрел на стройного, грязного юношу, покачивающегося за огромным горбом.

- Откуда ты? - спросил я его.

Он улыбнулся:

- Одинокой матерью был я рожден.

Не имел ни отца я,

Ни братьев-сестер...

Я удивленно слушал его.

- Ждет меня у моря

Моя мама,

В Браннинге-у-моря,

Моя мама...

- Так ты из Браннинга?

Он кивнул.

- Возвращаешься домой?

Он снова кивнул.

Тишина. Я нарушил ее, заиграв на мачете усталыми пальцами. Он запел.

Так мы и ехали, покачиваясь под луной.

Я понял, что его мать - довольно значимое лицо в Браннинге, родственница многих видных политических деятелей этого города. А Зеленоглазого на год послали с Пауком пасти драконов.

Теперь он возвращался к матери после...

... х! Ты должен сам попробовать и испытать это.

В зале снова зашумели. Голубка продолжала смотреть на меня.

- Чем ты занимаешься? - спросил я. - Паук говорил, что ты можешь помочь мне найти Челку.

- Я не знаю, кто такая Челка.

- Она... тоже была прекрасна.

На ее лице промелькнуло глубокое сочувствие:

- Да, - сказала Голубка.

- Думаю, здесь нам поговорить не удастся, - я бросил взгляд на Пистолета, вертящегося возле нее.

- Проблема не в том, в чем ты думаешь, - Голубка приподняла черные брови.

- Это часть...

- О, - сказала она и вскинула подбородок.

- А ты? - спросил я. - Что здесь делаешь ты? Кто ты?

Дуги ее бровей приподнялись еще выше:

- Ты это серьезно?

Я кивнул.

Она смущенно, как бы ища поддержки, повернулась к окружающим ее людям. Когда никто не попытался ответить на мой вопрос вместо нее, она снова взглянула на меня. Ее губы приоткрылись и задрожали.

- Они говорят, что я - то, что позволяет им всем продолжать любить.

- Как это? - спросил я.

Кто-то позади нее спросил:

- Он действительно не знает?

С другой стороны раздался еще голос:

- Не знает о поддержке и необходимости смешивания?

Голубка приложила пальчик к губам, и они замолчали.

- Я сама расскажу ему. Чудик - кажется, так тебя зовут?

- Паук сказал мне, чтобы я поговорил с тобой, - я хотел закрепиться в ее мире информационными крючками.

- Ты ...