... жилые, умерли от холода.

- Но труднее всего пришлось моим ребятам, охранявшим баррикады на окраинах, - устало продолжил он, - Оказалось, что этот чертов взрыв накрыл в Миддлтауне немало окрестных жителей. Они, естественно, ударились в панику и вместе с некоторыми горожанами попытались прорваться через заграждения наружу. К счастью, обошлось без жертв - пока без жертв...

Ладно, мне пора ехать...

Перед тем как вновь усесться в автомобиль, он обернулся и с горькой усмешкой сказал:

- Поговаривают, что прошлой ночью более двух тысяч человек приняли обряд крещения. И это только начало, поверьте моему слову...

- Кимер, пожалуй, я поеду с вами в мэрию, - после некоторого колебания сказал Хуббл. - Кен, вы также мне понадобитесь.

Джон неохотно последовал за Хубблом - ему казалось, что с добродушным толстяком мэром проблем не возникнет. До сих пор он с трогательным пиететом относился к ученым, послушно следовал их советам и указаниям. Но когда Гаррис услышал о плане эвакуации, выражение его пухлого лица стало по-ослиному упрямым.

- Послушайте, доктор Хуббл, это нелепо, - угрюмо сказал он. - Вырвать с корнем население пятидесятитысячного города, чтобы переселить его в чужое, никому не известное место, - да это же просто безумие!

- В Миддлтауне имеется достаточно транспорта для перевозки населения и продовольствия, - терпеливо объяснил Хуббл. - Хватит и горючего для автомаши...

... они давно уже граждане Галактики! Увы - мы чужие друг другу...

Джон шепнул шефу:

- Хуббл, попросите мэра держать язык за зубами... Тот кивнул:

- Хорошо. А вы, Кен, идите-ка спать. Быть может, сегодня днем нам предстоит разговор с разъяренной Варной Аллан и Лундом.

Попрощавшись, Кеннистон побрел домой, не отвечая на многочисленные приветствия кипящей от радости толпы. Спалось ему плохо - из головы не выходили слова капеллянина об эвакуации. `Какое разочарование ждет сегодня горожан! - мучился он, ворочаясь на кровати. - Они-то считают, что все тревоги позади. И Кэрол тоже...` Но больше всего он почему-то думал о прекрасной, голубоглазой Варне Аллан. Он ненавидел ее - и боялся... Но еще сильнее опасался неведомого Совета Губернаторов, управляющего настоящим и будущим Галактики. Символом его мощи был титанический звездолет `Танис`...

Вряд ли земляне смогут дать серьезный отпор звездному воинству!

Джон сумел заснуть только часам к десяти утра - и тут его разбудил Хуббл.

- Вставайте, Кен. Варна Аллан и Лунд уже в здании мэрии! - встревоженно сказал он. - Вы лучше всех овладели их языком - придется поработать переводчиком. Дело слишком важное - нельзя допустить даже малейшей неточности...

Они молча направились к соседнему небоскребу. Никогда Джон не видел своего шефа таким озабоченным и мрачным.

Толпа еще не разошлась - люди веселились от всей души, не подозревая об...

... овых дорожек. Деловито гудели грузовики, развозя крупные вещи; дети носились по городскому парку среди деревьев, на голых ветвях которых проклевывались первые почки.

Джон свернул на Майн-стрит и вскоре подъехал к старому коттеджу, который они оставили несколько месяцев назад. Впрочем, месяцев ли? Джону показалось, что с тех пор прошли долгие годы.

Он остановил машину у тротуара. Миссис Адаме вышла из джипа и нерешительно подошла к веранде. Открыв дверь, она вдруг растерянно оглянулась, словно опасалась войти.

- Ничего не изменилось, - сказала она недоуменно. - Неужели все было просто кошмарным сном? Но пыли, сколько пыли на крыльце! Сейчас я возьму тряпку... Внезапно она села прямо на ступеньки и разрыдалась. Кэрол, напротив, почему-то не спешила выходить из джипа. Чувствуя ее пристальный взгляд, Джон обернулся и, нарочито улыбаясь, спросил:

- Теперь ты счастлива, милая?

Она кивнула, не сводя с него серьезных, задумчивых глаз. Джону стало не по себе, и он торопливо сказал:

- Я помогу перенести в дом вещи - а затем, прости, должен буду отлучиться. Перед отлетом мне нужно повидаться с Горром Холлом, но я скоро вернусь.

Кэрол внезапно тихо сказала:

- Нет, Кен... не возвращайся.

Он вздрогнул и протестующе воскликнул:

- Опомнись, милая, что ты говоришь?

В глазах его невесты появилась грусть, но голос по-прежнему оставался твердым.

- Мы не сможем быть в...