... Учась, мы получаем в наследство достижения всего человечества, и самый

великий изобретатель прибавляет только кроху. Ведь атомный двигатель

изобретен до нас, подводный мотор - до нас, телевидение, в том числе и

подводное, - тоже до нас. До нас были созданы вычислительные машины,

саморегулирующиеся и самоуправляющиеся устройства. Нам пришлось только

соединить, скомпоновать, кое-что проверить и приспособить для воды. На

это ушло четыре года ... Больше, чем мы предполагали.

И я понял, что этот молодой человек сделает еще очень много в своей

жизни. Так часто встречаешь людей, которые додумаются до какого-нибудь

пустячка и кричат везде о своих заслугах. А Ходоров умалял

действительные заслуги, значит он мог уйти далеко вперед. И так ли

важно, что он относился к породе неумелых, не привыкших колоть дрова,

не научившихся распоряжаться людьми. У него была своя задача в жизни, и

он справился с ней прекрасно.

- Машины не боятся среды, - продолжал Ходоров. - В этом их главное

достоинство. В дальнейшем мы сделаем машины для безвоздушного

пространства, для огня, для сверхвысокого давления. Можете быть уверены

- и в глубинах Земли и на окраинах Солнечной системы вскоре будут

работать самодвижущиеся машины, действующие по программе.

Но здесь интересный разговор прервала Казакова, та женщина-гидролог,

которая...

... - объявил он. - И я говорю вам открыто, Юрий

Сергеевич, что вы - виновник катастрофы. И если Алексей Дмитриевич

постесняется, я сам напишу в институт о вашем безответственном поведении.

И он вышел, высоко подняв голову. Ходоров поглядел на меня усталыми

глазами.

- Я вовсе не виню вас, Юрий Сергеевич, - сказал он. - Я сам виноват.

Так легко было предотвратить аварию, измеряя температуру воды, но я не

догадался. Кто же знал, что нужно опасаться извержений?

- А я не пришел извиняться, - возразил я, - я сам не считаю себя

виноватым. И вы не виноваты. Мы действовали совершенно правильно.

Конечно, безопаснее было держать машину в музее, но ведь она не для

этого построена. Нет, она обязана была идти вперед.

Ходоров грустно улыбнулся.

- Теперь уже никуда не пойдет. Будем плавать по бумажному морю. - И он

указал на стол, где лежала папка с надписью:

Дело ¦. ..

Объяснительная записка о причинах аварии машины ПСМ-1.

- Трудно придется, - добавил он. - Предстоят большие бои. Понимаете,

как тяжело после неудачи доказывать, что работу следует повторить.

А я понял другое. Я понял, что в таком настроении Ходоров не способен

выиграть бой, что в своей `объяснительной записке` он защищается,

кладет на плаху виноватую голову, и необходимо приободрить его.

И я позволил себе взять...

... . Передаются радиоволны, они несут

на себе слепок, отпечаток звука. По этому слепку в приемнике рождается

такой же звук, точная копия голоса диктора. Но это не голос диктора, а

только копия. Она сделана из другого воздуха, из того, что находится в

простывшей комнате Березовского.

Грохочут разрывы, дрожат стены, сыплется известковая пыль. Березовский

не замечает, он торопится додумать. О воздухе. Воздух в его комнате

способен на чудеса. Он может воспроизвести любые звуки: голоса живых,

умерших и народившихся, слова забытых и всех современных языков, пение

соловья и рев доисторического динозавра, все симфонии, в том числе и

утерянные, бормотанье питекантропа и лекции профессоров XXXV века. На

бумаге можно нарисовать все, что угодно, из глины вылепить все, что

угодно. Воздух - это бумага и глина для звуков. Беда в том, что мы не

всегда знаем, как надо его сморщить, как расставить колебания. И даже

если знаем, колебаний слишком много, чтобы лепить их поодиночке. Мы

предпочитаем механически копировать по образцу. Голос диктора -

образец. И во всех комнатах звучат копии: `Отбой воздушной тревоги!`

Ушли стервятники. Развалили еще несколько зданий, убили еще несколько

голодных. А духа сломить им не удалось. И даже мечты не удалось убить.

Карандаша нет, чернила превратились в лиловую льдинку. Но из-под шинели

выбралась холодна...