... Сильвой и Крюгером, если остальные будут приносить ему еду.

Все, что собирал он сам, оказывалось совершенно несъедобным.

- Кинросс, давай пройдемся, - предложил Гарсия. - Ты еще не все осмотрел.

Они пошли вниз по течению ручья.

- Что сейчас произошло? - спросил Гарсия.

- Не знаю, - ответил Кинросс. - Голос действительно принадлежал Крюгеру. Может, мы все еще находимся в баркасе, и все это нам просто снится.

- Если это так, я не хочу, чтобы этот сон заканчивался, - с чувством произнес мексиканец. - Но на самом деле все это не так. Я настоящий, а этот мир - нет. Когда я щиплю себя, мне больно. И желудок у меня работает нормально.

- У меня тоже, но на какое-то мгновение до меня донесся запах морской волны и дизельного масла. Сильва чуть не вернул нас обратно.

- Думаю, Крюгер поступил правильно, - медленно произнес мексиканец. - Но мне все равно жалко старика.

Некоторые время они молча шли вдоль ручья. Наконец Кинросс сказал:

- Мне так хочется яблок. Как ты думаешь, они тут растут?

- Конечно, - ответил Гарсия. - Вон там. - Перейдя через ручей, он указал на плоды, висевшие на ветке дерева. Это были большие красные яблоки без малейшего изъяна. Кинросс жадно съел несколько плодов, прежде чем заметил, что в них нет косточек. Он поделился своим открытием с мексиканцем.

- Не забывай, - напомнил ему Гарсия. - Мы договорились ни к чему не присматриваться.

- Что ж, по ...

... гораздо больше, - заметил Кинросс. Долина теперь протянулась на несколько сотен ярдов по обе стороны ручья, а ее стены поднялись вверх на сотни футов. Их очертания стали неровными, а кое-где появились небольшие рощицы деревьев.

- Да, тут много чего изменилось, - сказал Гарсия. - Теперь тут растет несколько видов деревьев, и на них можно смотреть, не опасаясь, что они исчезнут. Он отмахнулся от мухи, жужжавшей перед его лицом.

- Ого! - воскликнул Кинросс, - насекомые!

- Да, - недовольно кивнул Гарсия. - И еще появилось множество всякой мелкой живности в кустах. Крысы, ящерицы... Один раз даже пошел дождь. Не нравится мне все это, Кинросс.

- Пойдем посмотрим пещеру, - предложил Кинросс. - А по пути я расскажу тебе, что со мной произошло.

Они прошли полмили вверх по течению ручья. Долина стала уже, а ее стены, поросшие темными деревьями, уходили вверх почти вертикально.

Рассеянный свет постоянно матового неба почти не достигал дна долины.

Наконец они вышли на открытую поляну размером в сотню ярдов, окруженную с трех сторон крутыми склонами. Прямо перед ними виднелась пещера.

Она была Л-образной формы. Вытекавший из ее недр ручей пересекал поляну и терялся в темной массе деревьев. Рядом со входом в пещеру Кинросс увидел каменный алтарь. В десяти футах от него сидел Сильва. Старик тихонько стонал, раскачиваясь из стороны в сторону.

- Я не могу разговаривать с Сильвой, - сказал Гарсия. - Он д...

... ко в старом мире. А в этом мире будут править магия и волшебство, пока не наступит конец истории.

Кинросс нахмурился.

- Да? И мы будем спокойно следить за тем, как люди разлагаются на первоэлементы? Фей и Бо-Бо...

- На начальном этапе жертвы неизбежны, но больше подобного не повторится. Что же касается остальных, то мы разработаем специальные ритуалы, которые помогут нам контролировать процесс распада личности. Мы с герром Крюгером уделили довольно много времени обсуждению именно этого аспекта.

- Что-то я запутался, - вмешался в разговор Гарсия. - Вы считаете, что меня это тоже коснется? А если я не захочу распадаться на элементы, что тогда?

- Вряд ли вы сможете этому помешать, господин Гарсия. К тому же, после этого вы станете гораздо счастливее.

- Вы говорите точно так, как и Крюгер. Кинросс, что это все значит?

- Он имеет в виду, что пустота этого мира растворяет нас независимо от нашего желания. Это можно сравнить с комочком соли, который растворяется в пресной воде.

- Пустота? А разве ее не существовало в старом мире?

- Лишь в таких местах, как, например. Атлантический океан...

- Ага, понятно. А вообще-то старый мир уже настолько насыщенный, что соль в нем больше не растворяется.

- Именно. Наоборот, комочек соли обрастает новыми кристаллами.

- Это напоминает мне о нашем утреннем разговоре. Мы отдаем этому миру своих демонов.

- Демоны? - перебил Ланкено. - Именно ...