... тавалось таким же во все века владычества Рима, видело мавританскую культуру и крестовые походы. Оно присутствовало при падении Византийской империи, качало на своей могучей груди победоносные турецкие корабли и равнодушно поглощало их в сражении при Лепанто. Оно видело Альбукеркский и Трафальгарский бои. Стальные громады броненосцев двадцатого века исчезали в волнах с такой же легкостью, как и деревянные корабли римлян. Из года в год, долгие века, море собирало богатую дань с человечества - дань кораблями, людьми, кровью...

Но жизнь шла вперед, и человек победил стихию. Прекратилась дань кровью.

Все реже и реже доставались морю и люди. Исполинские лайнеры смеялись над яростью волн.

В третьем веке коммунистической эры люди окончательно покинули море.

Безграничная и свободная стихия воздуха стала их единственным путем сообщений.

И полторы тысячи лет море пустынно. Изредка появляются на его поверхности изящные яхты любителей морских прогулок или какой-нибудь арелет ( арелет - летательный аппарат будущего.), повинуясь капризу сидящего в нем человека, - опустится на воду и скользит по ней, напоминая своим видом грозное оружие прошлого - торпеду.

Исчезли огромные корабли, забылись морские профессии , и само слово `моряк` стало незнакомо людям.

Но море оставалось все тем же...

Неумолчно шумит извечный прибой. Одна за другой приближаются к берегу сине-зеленые волны, становятся выше, одевают...

... аву тождественная с земной.

Из-за малого поля тяготения эта атмосфера непрерывно рассеивалась в пространстве, и ее так же непрерывно пополняли многочисленные автоматически действующие `заводы воздуха`. Мощные установки перерабатывали в газ недра самой планеты, и им не нужно было доставлять сырье откуда-нибудь извне.

Гранит, базальт, металлы - все превращалось в водород, азот, кислород, гелий.

Церера медленно, но неуклонно `таяла`. Но ее масса была так велика, что материала для переработки хватило бы на сотни лет.

Люди не собирались жить здесь так долго. По плану работа должна была закончиться через восемьдесят лет. К этому сроку весь пояс астероидов между орбитами Марса и Юпитера должен был исчезнуть. Церера предназначалась к уничтожению последней.

Искусственное солнце горело и освещало маленькую планету, обходя ее за время, привычное людям, - за двадцать четыре часа.

На Церере можно было находиться без каких-либо защитных костюмов. Только обувь приходилось снабжать толстыми и тяжелыми свинцовыми подошвами, чтобы люди не взлетали высоко над `землей` при каждом шаге.

Те, кто жил здесь долго, так привыкали, что чувствовали себя, как на Земле. Даже на Марсе условия жизни гораздо меньше напоминали земные.

Атмосфера отчасти защищала население планеты от метеоритов. Но независимо от нее падение метеорита на поверхность Цереры рассматривалось как чрезвычайное происшествие, как своего...

... случае все зависит от того, в каком состоянии они находятся. Если жизнь едва теплится, если скорая смерть неизбежна, есть смысл сразу заморозить тела, так как на Марсе спасти их нельзя. А здесь, на Земле, мы их оживим.

- С Дмитрием этого нельзя делать, - сказал Люций. Казалось, Ио удивился.

Но он ничего не возразил на эти слова, сказанные тем, кто больше всех был заинтересован в сохранении жизни Волгина. Он понял, что имеет в виду его друг.

- В случае же,- продолжал он, - если они мертвы, то мы не знаем, когда наступила смерть. Корабль закрыт. Никто не видел, что в нем творилось. Может быть, смерть наступила не сразу, а в пути, совсем недавно. Тогда опять-таки надо немедленно заморозить тела.

- Правильно.

- Все силы бросим на спасение Дмитрия. Но, - робко прибавил Ио, - допустим, что он все же умрет...

Люций ответил спокойно, странно-бесстрастным голосом:

- Перед тем, как мы оживили Дмитрия, состоялась всемирная дискуссия. Я сам защищая наше право оживить его. И мы это сделали. Вы знаете, Ио, в чем мы ошиблись. Может быть, для Дмитрия эта неожиданная смерть - счастье.

- Значит...

- Придется покориться судьбе. Дмитрий Волгин - человек, а не подопытное животное.

Ученые молча переглянулись. Если сам Люций так говорит, значит, надеяться не на что. Ведь только благодаря ему, только имея мощную поддержку Люция, сторонники оживления Волгина одержали победу. Бесполезно вступать в новую дискус...