... по-твоему, `пастухов` для ведения косяка? Когда тунец подойдет к сейнерам, мы еще отряд загонщиков выпустим, а сейчас важно, чтобы косяк не рассыпался и не изменил курса...

- Сто тридцать первый - Комову. Право, не знаю... Здесь полно дельфинов. Они, по-моему, и ведут косяк... Да, похоже, что косяк ведут дельфины. Не охотятся, а ведут, это точно. Рыбы не трогают, идут как патрульные подлодки...

- Наши или дикие? Если наши, то сколько их?

Фрэнк с минуту следил за диском УКВ-локатора, на котором плавно кружились маленькие голубые точки, потом, снизившись до самой воды, провел машину над пенными обводами тунцовой армады.

- Сто тридцать первый - Комову. Судя по радиометкам, наших дельфинов штук двадцать. Остальные - дикие. Их не меньше сотни... Бросать `трещотку` или подождать?

- Комов - сто тридцать первому. Бросайте, Фрэнк, бросайте немедленно.

Двадцать обученных `пастухов` смогут справиться с любой ордой. А `дикари` помогут. По крайней мере, мешать не будут. Это точно...

- Петров - сто тридцать первому. Так ты говоришь, там дельфины, Фрэнк?

Вот тебе и разгадка - дельфины согнали в одну несколько стай и решили сделать нам подарок. Недаром же их натаскивали в `школе`. Я уже дал разрешение на отлов косяка. Неводы только крупноячеистые, молодь не пострадает...

- Дело ваше... Да, Пит, одна просьба: окажи диспетчеру, чтобы поставил нас с Бэком в наблюдение, когда будут брать эту п...

... что-то, рассматривал экраны, по которым бегали только бледные точки. Пан, сцепив руки за спиной, молча ходил через всю лабораторию от кресла к двери и обратно и тоже поглядывал на погасший рубиновый овал.

А Карагодский, усевшись на трехногий стул и привычно оперев подбородок о трость, думал. У него тоже был `пента-сеанс`. Он говорил сам с собой. Он пытался вспомнить что-то хорошее и никак не мог. Вопреки желанию перед ним проходили бесконечные коридоры, открывались двери с фамилиями на табличках, ложились под ноги ковровые дорожки, ведущие к столу президиума... Он позабыл, когда, на каком симпозиуме он сидел в зале на обычном откидном стуле. Президиумы, президиумы... Может быть, он и родился в президиуме? Кажется, он всю жизнь покровительствовал и препятствовал, разрешал и запрещал, проверял и указывал, и всю жизнь на носу его сидели проклятые очки в черепаховой оправе, сквозь которые мир кажется мягким, округлым и спокойным. Но ведь это не так, не так! Когда-то и он... Но когда это было? И было ли вообще, чтобы море, чтобы какой-то сумасшедший дельфин, чтобы аспирант Толя был с тобой на `ты`, чтобы все вокруг тревожило загадками и требовало немедленного решения, чтобы вот так метаться из угла в угол из-за сумасбродной девчонки, рискующей в худшем случае обмороком, и рисковать самому вещами более значительными...

`Что же ты ходишь, Пан, что молчишь? Пятнадцать лет воевал я с тобой на...

... аргассах. И, как ветер, возник над морем древний гимн:

Тебе дано законом Братства

бессменно жить,

и умирать, и возрождаться,

и плыть, и плыть,

среди кругов такого Круга

найти кольцо,

где можно и врага и друга

узнать в лицо...

12. ДВОЕ СКВОЗЬ ВСЕ

Юрка определенно не знал, куда себя девать. Почему всегда так бывает:

сначала все хорошо и хорошо, а потом вдруг плохо и плохо?

Сейчас было плохо. Месяц удивительной, сказочной жизни кончился внезапно, и непонятно, что делать дальше.

Сначала исчез Свистун.

А как хорошо им было втроем! Каждое утро, чуть свет, они с Джеймсом спешили на свой берег, к своей заветной бухточке, и наперебой насвистывали пароль. Свистун появлялся всегда одинаково: он подбирался под водой к самому берегу и вдруг взмывал в воздух, отчаянно скрипя и фыркая. И, как ни старались мальчишки угадать его появление, он всегда ухитрялся выскочить неожиданно. Невольный испуг ребят приводил его в восторг, он долго не мог успокоиться, кругами носясь по бухте.

А потом они забирались далеко в море, играли, ловили рыбу, причем Свистун вытягивал из глубины таких огромных рыбин, что даже местные рыбаки прониклись к ребятам великим уважением. Рассказам о дельфине они, конечно, не верили, да мальчишки не очень-то и настаивали: в конце концов, если взрослым больше нравятся выдумки о невероятном везении, пусть себе тешатся.

Потом они палили костры н...