... рестал содрогаться. Через секунду он смог видеть свет. Вокруг все мерцало бледной голубизной. Жуткий цвет смерти.

Он знал, что это значит, даже не глядя на счетчик Гейгера. Тревожный сигнал этого крошечного прибора на запястье был настойчив. Экран его мигал пунцовым глазом. Он медленно поднял руку. Стрелка прибора переместилась с красного сектора.

Она поползла к черному.

`Ну что? Получил, Ник Дженкинс? - вздохнула трубка под подбородком. - Тебе не придется никуда ехать, чтобы рисковать жизнью. Захватчики достали тебя - кто бы они ни были. И ты умрешь, Дженкинс, - от сити-шока!`

4

Он умрет. Дженкинс застыл на жестком сидении буксира, не в состоянии понять и осознать эту неизбежность. Он пытался убедить себя, что этого не может быть. Счетчик, наверняка, врет, ведь он нормально себя чувствует.

`Не обманывай себя, Ник Дженкинс, - шептала трубка то, что он и сам понимал. - Ты слишком хорошо знаешь космическую медицину. Счетчики точны.

Эта доза радиации смертельна, как пуля в висок. Только умираешь не сразу`.

Ник покачал головой, закованной в шлем. Он был слишком потрясен, чтобы что-либо понять.

`Лучевая болезнь - необратимый процесс. Люди, сбежавшие на корабле, убили тебя - и Фридонию!` - издевалась трубка.

Ник медленно кивнул, соглашаясь с очевидным. Затем он напряг плечи и наклонился к приборам. Все-таки он еще жив.

Дженкинс мягко вывел гро...

... рейке.

- Ну еще бы! - усмехнулся Дженкинс. - Дрейк простой рабочий, а он адмирал Земли.

- Он уже умер, - в глазах ее блеснула злость. - Отнесись с уважением к его имени. Он принадлежал к известной фамилии.

- И ты тоже, - он одобрительно кивнул, увидев, как щеки ее зарумянились от смущения. - Но не Джим Дрейк. Его выгнали из каюты, за которую он заплатил на `Ультима Туле`, потому, что Голдмарк-Грангер хотел превратить космос в свой кабинет. Это мне рассказывала Анна. Дрейку пришлось спать в гамаке в товарном трюме.

- Моему двоюродному дедушке, может быть, нужен был космос, - настаивала Джей. - Он выполнял важное задание для Земли, и наверное, нуждался в кабинете для работы, даже на корабле.

- Полагаю, его можно простить, - согласился Ник не без иронии в тоне - хотя бы потому что его важная миссия была абсолютно безнадежной. Разве не очевидно было с самого начала, что бороться с диктатором из Кремля бесполезно?

- Ты искажаешь историю, - резко бросила она. - Диктатор притворялся дружелюбным и замышлял разгромить компанию в глубокой тайне. Он строил секретный флот, подстрекал инакомыслящих на Марсе и Венере, даже пытался настроить народ планетоидов против нас.

- Все зависит от точки зрения. - Ника забавлял ее гнев. - Безусловно, твой двоюродный дедушка был очень занят, расшифровывая в каюте Дрейка сводки плохих новостей из Ленинска для Солнечного города, п...

... .. - задыхался Дженкинс. - Нет у меня времени.

- Извини, Дженкинс, - О`Банион поежился. - Но партийная дисциплина очень строга. Я ничего не могу сделать, мы должны передать тебя гвардии глубокого космоса.

Бессильная злоба охватила Дженкинса. Он ненавидел глупое упорство Брюса О`Баниона и внутренне восстал против анонимных лидеров партии свободного космоса. Он презирал их не меньше, чем аристократов корпорации, жадных бюрократов Мандата и ненавидел своего циничного родственника.

Ему казалось, что все человечество участвовало в ужасном заговоре против собственной свободы. Инженерные проблемы передатчика Бранда были давно решены. Но на пути прогресса стояла сама природа человека.

Он дернул О`Баниона за руку.

- Слушайте! - крикнул он. - Ваше восстание подавлено, но передатчик Бранда может принести мир и свободу людям планет. Всех планет!

Ник видел по глазам старика, как боролись его чувства. Он отчаянно пытался убедить О`Баниона.

- Это единственный шанс! - настаивал Дженкинс. - Если вы поможете мне улететь...

- Бесполезно говорить об этом Дженкинс, - пожал плечами О`Банион. - Я все отдал партийной борьбе. Все свое состояние, время, жизни своих товарищей. И вот теперь мы побеждены. - Он устало выдохнул. - Я никогда не рискну начать все сначала.

За спиной Дженкинса послышался рев мотора. Шины забуксовали, заскрипел гравий. Он обернулся и увидел Джей Хардин, уносившуюся ...