... к оно было, босс. Стою я там, а это парнишка подходит ко мне и показывает на вас, затем дает мне пять монет и эти вот бумаги, которые теперь у вас, и говорит мне, что я должен вам сказать и...

- Парнишка? - удивленно переспросил Ли, и только теперь смысл услышанного дошел до него.

- Да, парень лет шестнадцати. Или нет, пожалуй ему лет восемнадцать-двадцать... и дал он мне эти бумаги и...

- Этот парень, - спросил Ли, - значит, как вам показалось, похож на студента?

- Точно, босс, вы правильно меня поняли. Именно на студента, босс. Вы с ним знакомы? О`кэй, значит теперь вы ко мне ничего не имеете, и я мог у...

- Погодите! - окликнул его Ли.

Мужчина, казалось, вдруг сообразил, что сейчас самая пора спасаться бегством, поэтому он со всех ног дал деру - прохожие только ахнули при виде подобной прыти. Через несколько секунд он совершенно исчез из виду, скрывшись за углом.

Ли остался стоять и с хмурым видом начал перечитывать написанное на листаж этой не очень толстой пачки. Это были вырванные один за другим листы из перекидного блокнота. Здесь не было ничего особенно ценного.

Изложенной истории о космическом корабле и его пассажирах явно не доставало убедительности. Единственным, что не вызывало сомнений, была фамилия `УНГАРН`, золотом отпечатанная в верхней части каждого листа, однако...

Ли тряхнул головой. Ощущение глупого розыгрыша пришло с тако...

... комнате. Слишком много, чересчур много страха пришлось натерпеться ему за столь короткий промежуток времени. На мгновенье он почувствовал себя беспомощным ребенком, в голове билась лихорадочная мысль о немедленном бегстве.

Если бы только ему удалось соскользнуть к краю кровати, подальше от того места, где сидела женщина, и опрометью броситься в ванную...

- Разумеется, мистер Ли, - услышал он голос женщины, - у вас достаточно ума, чтобы не сотворить какую-нибудь глупость. Вы ведь, безусловно, понимаете, что, будь у меня намерение убить вас, я бы сделала это еще тогда, когда вы еще спали.

Ли лежал очень тихо, стараясь собраться с мыслями. Во рту у него пересохло. Слова ее повергли его в состояние теперь уже полнейшего уныния.

- Что... вам... от меня... нужно? - в конце концов, с огромным трудом удалось вымолвить ему.

- Информация! - Голос женщины звучал с категорической лаконичностью.

- Что это за девушка?

- Не знаю.

Он всмотрелся в полутьму, в которой было скрыто лицо женщины. Теперь глаза его адаптировались к тусклому освещению комнаты, и он был в состоянии различить светло-золотистый цвет ее пышных волос.

- Я полагал... что вы знаете - медленно произнес он и продолжал уже живее. - Вам ведь известно, кто является Галактическим Наблюдателем. А значит, установить личность женщины для вас не составляет особого труда.

Ему показалось, что женщина улыбается.

...

... ой разум, - поразмысли хотя бы над тем, что коэффициент развития интеллекта у тебя будет равным тысяче двумстам, подумай о себе, как о существе, выполнившем до конца свое предназначение и теперь возвращающимся в свое нормальное состояние, в котором главное - ничем неограниченное могущество и неисчерпаемые возможности. Ты был актером, полностью слившимся с исполняемой ролью, но спектакль окончен: ты теперь один в своей артистической уборной смываешь грим с лица; твое настроение, навеянное игрою в этом спектакле, все дальше уходит, уходит, уходит...`

- Убирайся ко всем чертям! - громко крикнул Уильям Ли. - Я Уильям Ли, КРИ у меня всего лишь сто двадцать, но я вполне удовлетворен тем, что я такой и никакой другой. Мне наплевать, создал ли ты меня из компонентов своего мозга или я появился на свет обычным путем. Я в состоянии уразуметь все, что ты пытаешься сотворить со мною с помощью этого своего гипнотического внушения, но у тебя ничего не выгорит. Я вот здесь сам по себе и желаю остаться самим собою. Ступай-ка отсюда подальше и ищи себе другой тело, если ты такой продувной малый.

Голос его звучал все тише и тише, пока наконец мертвая тишина не обволокла все вокруг. Это исчезновение звуков вызвало у него снова жестокий приступ страха.

Он попытался снова заговорить, речью своей прорвать окутавшую его со всех сторон блокаду зловещей тишины. Но не смог издать ни единого зву...