... Хават, не веря своим ушам.

- Это был хороший бой Мы потеряли только двоих, а выплеснули воду из сотни с лишком их воинов.

`При каждом орудии были сардукары, - подумал Хават. - Этот безумный пустынник лишь между прочим упоминает о потере двоих в битве с сардукарами!`

- Мы бы не потеряли и двоих, - продолжал Свободный, - если бы не те, другие, что воюют вместе с Харконненами Среди них есть хорошие бойцы.

Один из людей Хавата подался вперед, впившись взглядом в сидевшего на корточках Свободного.

- Вы говорите о сардукарах?

- Он говорит о сардукарах, - ответил за него Хават.

- Сардукары! - сказал Свободный, и в его голосе послышалось оживление. - Так вот оно что! Хорошая это была ночь. Сардукары, говорите... А какой легион? Вы не знаете?

- Мы не знаем, - сказал Хават.

- Сардукары, - повторил Свободный. - И все же на них была форма Харконненов. Разве это не странно?

- Император не желает, чтобы стало известно, что он борется с Великим домом, - сказал Хават.

- Но вот вы же знаете, что они сардукары?

- Кто я такой? - с горечью проговорил Хават.

- Ты - Зуфир Хават, - ответил Свободный, строго придерживаясь фактов.

- Да и мы все равно узнали бы это со временем. Троих из них мы взяли в плен и отправили на допрос к людям Льета.

С расстановкой выговаривая каждое слово, помощник Хавата недоверчиво переспросил:

- Вы... захватили в плен сардукара?

- Только троих, - ответил Свободный. - Они здорово...

... двесное кресло напротив себя.

Вафф услышал шипение закрывавшегося люка. Он - наедине с ней! На ней был слипер. Он видел, как тянется в ее левое ухо ведущий поводок снупера. Его дротикометы были `промыты` против снуперов, став для них незасекаемыми, затем их на положенные пять стандартных лет поместили в радиационную ванну, охлажденную до минус 40 градусов по Кельвину, чтобы закалить дополнительно. Достаточно ли этого?

Вафф молча опустился на указанное кресло.

Подцвеченные оранжевым, контактные линзы скрывали глаза Преподобной Черницы, придавая им дикарский вид. Она устрашала с головы до ног. А ее одежда! Красная под темно-синей накидкой. Наружная сторона накидки разукрашена каким-то жемчужным материалом, воспроизводящим странные арабески и изображения драконов. Она сидела на своем кресле, словно на троне. Ее когтистые руки легко покоились на подлокотниках.

Вафф быстро оглядел комнату. Его люди осмотрели это место вместе с икшианскими работниками надзора и представителями Преподобных Черниц.

`Мы сделали все, что могли`, - подумал он и постарался расслабиться.

Преподобная Черница рассмеялась.

Вафф рассматривал ее с таким спокойствием, какое только мог изобразить.

- Ты смеешься сейчас надо мной, - обвинил он теперь. - Ты говоришь сама себе, что можешь задействовать против меня огромнейшие ресурсы - и тонкие, и грубые инструменты, которые выполняют твои распоряжения.

- Не бери со мной такого тона...

... ` Яростно колотившееся сердце подтверждало это.

Одраде положила свой фонарик на пол у правого колена и стала изучать пальцами порог рядом с древним посланием. Каменная кладка на глаз была не нарушена, но ее пальцы определили крохотный разрыв в ней. Она нажала на этот разрывчик, повернулась, сменила несколько раз угол давления и опять повторила свою попытку.

Ничего.

Опять поднявшись на ноги, Одраде обдумала ситуацию.

`Здесь`.

Предчувствие стало еще более острым. У Одраде просто дыхание от него перехватило.

Чуть подавшись назад, она опять посветила фонариком и вытянулась в полный рост на полу, чтобы пристально приглядеться к основанию порога.

ЗДЕСЬ! Являлось ли это место инструментом, которое, как рычаг, приподнимало порог? Нет... Про инструмент ничего не сказано. От всего этого попахивало Тираном, а не Преподобной Матерью. Она попробовала оттолкнуть порог в сторону. Он не сдвинулся.

Ощущение напряжения и опасности усилилось разочарованием. Одраде встала и пнула порог, рядом с начертанным словом. И он сдвинулся! Что-то грубо заскрежетало по песку над ее головой.

Одраде увильнула в сторону, когда песок каскадом обрушился на пол перед ней. Глубокий рокочущий звук наполнил крохотное помещение. Камни затряслись у нее под ногами. Пол перед ней наклонился вниз и открыл проход в пространство под дверью и стеной.

И опять Одраде увлекло вперед, она заскользила вниз в неизвестное. Ее фонарик покатился в...