... больше не болтал. Похоже, он с трудом сгибал ногу - Гэррети несколько раз слышал, как щелкала коленная чашечка. Олсон явно устал, и фляжка его почти опустела.

Скоро ему нужно будет помочиться.

Баркович то появлялся в авангарде, то вдруг оказывался сзади, рядом с Стеббинсом. Он лишился одного из своих трех предупреждений, но получил его снова через пять минут. Гэррети решил, что ему нравится балансировать на грани.

Стеббинс продолжал плестись позади всех. Он ни с кем не разговаривал - то ли устал, то ли просто не хотел. Гэррети все еще казалось, что он выйдет из игры первым. Стеббинс стянул свой зеленый свитер и дожевывал еще один сэндвич с яйцом - по всей видимости, последний. Лицо его напоминало маску. Они шли.

Дорогу пересекала еще одна дорога, и полицейские перекрывали движение, пока они проходили. Каждому участнику полицейские отдавали честь, а Гэррети улыбался и кивал в ответ, и думал, что со стороны они кажутся сумасшедшими.

Машины загудели, и тут на дорогу выбежала женщина. Она выскочила из машины, где, очевидно, поджидала своего сына.

- Перси! Перси!

Это был 31. Он залился краской, махнул ей, и пошел дальше - торопливо опустив голову. Женщина пыталась подбежать к нему, но один из полицейских поймал ее за руку. Потом дорога сделала поворот, и сцена пропала из виду. Они прошли по деревянному мосту через маленький, лениво журчащий ручеек. Гэррети поглядел вн...

... ние. Кто-то тронул Гэррети за плечо.

Это оказался Стеббинс.

- Твой друг недоволен Майором?

- Я думаю, - сказал Гэррети. - Я и сам не хочу приглашать его к себе на чай.

- Посмотри назад.

Гэррети оглянулся. К ним ехал второй вездеход, следом третий.

- Это Майор, - сказал Стеббинс, - и сейчас все будут кричать `Ура`, - он улыбнулся всезнающей улыбкой ящерицы.

- Они пока только думают, что ненавидят его. Думают, что худшее уже наступило. Но подождите до вечера. Подождите до завтра.

Гэррети поднял глаза на Стеббинса:

- А что если они будут кричать на него и швырять фляжками?

- Ты будешь это делать?

- Нет.

- И никто не будет. Вот увидишь.

- Стеббинс?

Стеббинс поднял брови.

- Ты думаешь, что выиграешь?

- Да, - спокойно сказал Стеббинс. - Я в этом уверен, - и он отступил на свое обычное место.

В 5.25 Яннику выписали пропуск. А в 5.30, как предсказывал Стеббинс, прибыл Майор.

Послышался рокот мотора, и впереди показался джип. Майор стоял в нем навытяжку и отдавал им честь. Гэррети почувствовал дурацкую гордость.

Никто не кричал `ура`. Колли Паркер сплюнул на землю. Баркович показал нос. Макфрис только смотрел, беззвучно шевеля губами. Олсон, казалось, вовсе не заметил Майора.

Гэррети помахал ему. То же сделали Перси, и писатель Гаркнесс, и Арт Бейкер, и Абрахам, и Следж, который только что получил второе предупреждение.

Потом Майор уехал. Гэррети было немного стыдно. К т...

... и до Вирджинии, - повторил он, стиснув зубы.

Стеббинс сонно улыбнулся:

- Я чувствую, что могу идти хоть до самой Флориды, Гэррети.

Гэррети отшатнулся от него и пошел искать Бейкера. Гнев попрежнему кипел в нем, смешиваясь с бессильным чувство стыда. Стеббинс, похоже, хотел вывести его из себя, и ему это удалось.

Бейкер шел рядом с парнем, которого Гэррети не знал. Голова его была опущена, губы беззвучно шевелились.

- Бейкер!

Бейкер поднял голову, мелко трясясь, как собачонка:

- А, Гэррети.

- Да.

- Мне снился сон. Ужасно реальный. Который час?

- Без двадцати семь.

- Дождь, похоже, будет идти весь день?

- По...аай! - Гэррети качнулся, на миг потеряв равновесие. - Проклятая подметка отлетает.

- Оторви их к черту, - посоветовал Бейкер. - Ногти врастут в них, и будет еще хуже.

Гэррети скинул один туфель и пнул его в направлении толпы. К нему сразу же потянулись жаждущие руки; завязалась потасовка. Другой туфель не хотел слезать - нога в нем распухла. Гэррети нагнулся, получил предуп реждение, но все же стащил туфель с ноги. Он хотел тоже кинуть его в толпу, но пожалел силы и оставил просто лежать на дороге. Вдруг на него нахлынула волна отчаяния. Он шел и тупо думал: `Я остался без обуви. Я остался без обуви`.

Дорога под ногами была холодной. Сквозь остатки носков Гэррети ощущал каждый камешек. Он подошел к Бейкеру, который тоже шел без обуви.

- Я почти готов, - сказал спокойно...