... то такое, но потом вспомнила. Кружка на стене была не единственным сувениром из пивного клуба Джералда. Ее пальцы коснулись еще одного сувенира - стеклянной пепельницы, и единственной причиной, помешавшей ей сразу понять, что это, было то, что пепельница обычно стояла рядом с бокалом на другой стороне полки. И кто-то - возможно, миссис Дал, которая здесь прибирала, а может, и сам Джералд - передвинул ее сюда: вероятно, чтобы вытереть пыль или освободить место.

Джесси ухватилась пальцами за край пепельницы - там оказались две выемки для сигарет. Она закинула руку назад, так далеко, как только могла, потом снова вернула руку, и ей повезло: цепь слегка сползла по стойке, теперь она срезала расстояние, как опытный игрок в регби. Все это произошло без участия сознания: она стала искать, нашла снаряд, бросила, совершенно не раздумывая об этом, что довольно странно для женщины, которая имела тройку по легкой атлетике в течение двухлетнего курса в колледже, и попала в собаку пепельницей, хотя их разделяло почти пять метров, да еще рукой, которая прикована к стойке кровати.

Пепельница пролетела это расстояние, блеснув гербом клуба. Джесси не могла бы с кровати разобрать надпись на ней, но и так знала, что там написано о служении, выдержке и мужестве. Прежде чем упасть на пол, пепельница врезалась в собачий бок.

Пес издал вопль боли и удивления, а Джесси на миг ощутила чувство бешеног...

... и понимая, что не сможет. Она включила свет, рывком сняла с себя платье и бросила его в грязное, испытав облегчение. Расширившимися зрачками она смотрела на себя в зеркало и видела лицо маленькой девочки со взрослой прической, причем теперь из укладки выскочили пряди. И тело было телом девочки - худое и с узкими бедрами - хотя, как в деревце, в нем совершалась какая-то невидимая работа.

Оно уже менялось, и что-то такое оно сейчас сотворило с ее отцом.

Ее внимание привлекло мокрое пятно на трусиках. Она сняла их - хлопковые трусики фирмы `Сирс`, когда-то зеленые, но теперь побледневшие до сероватого, - и с любопытством и страхом посмотрела на них, растянув пальцами резинку. Да, что-то было внизу, но это был не пот и не моча. На зубную пасту это было тоже не похоже, никогда не видела она такой пасты.

Скорее светлая паста для мойки кафеля. Джесси опустила голову и понюхала.

Слабый запах слегка напоминал приморский лиман в жару, когда стоит тишина и пахнет солями. Однажды она дала отцу стакан такой воды и спросила, может ли он определить запах. Он покачал головой.

- Не-а, - усмехнулся он, - ничего не чувствую, но это не значит, что его тут нет. Это значит просто, что я много курю, черт меня дери. Минеральные соли, вот и все.

Минеральные соли, подумала она теперь, стоя перед зеркалом в ванной, и вдохнула этот запах снова. Он нравился ей, хотя она не могла бы объяснить, почему.

Затем загов...

... Майлерон? - резко вопрошает судья из другого мира. - Мистер Майлерон, вы не могли бы мне сказать, что вам здесь нужно и кто эта женщина?

Реймонд Эндрю Жобер исчез: это ночной призрак с лесного озера. Его кривые губы шевелятся, обнажая уродливые зубы - отвратительную пасть дикого животного, - и Джесси видит в уголках рта искры золота. И медленно, очень медленно призрак поднимает свои длинные оранжевые ручищи...

- Мистер Майлерон, прошу вас с вашей незваной спутницей немедленно подойти ко мне, немедленно!

Пристав, разбуженный этим тоном, очнулся от прострации. Стенографистка оглядывается. Джесси кажется, что Брендон берет ее за руку, чтобы выполнить приказание судьи, но это не важно, потому что она не в силах двинуться: с тем же успехом можно было бы сдвинуть колонну в зале. Снова затмение: полное затмение... Снова, после всех этих лет, только звезды освещают мрак ее сознания.

Она видит, как ухмыляющееся длинное существо в оранжевой робе, похожее на паука, поднимает кривые руки и тянется к ней. Джесси чувствует наручники на своих запястьях и понимает, что спасения нет. Пальцы Жобера касаются ее горла, и наконец раздается его голос, который составляет поразительный контраст с его лицом и фигурой, - тонкий, разочарованный голос больного ребенка.

- Оказывается, ты не человек! - пищит Реймонд Эндрю Жобер своим детским, дрожащим голоском. Голосок пронзает пространство зала. - Ты ...