... кают шалости, если им дать волю. Не беспокойтесь, я мигом вернусь.

Сэм и не собирался возражать, но если бы он и пожелал это сделать, у него не было бы на это времени. Она ушла. Он сидел на скамейке, снова чувствуя себя четвероклашкой... который на этот раз натворил что-то, которого наказали за шалости и он не может пойти играть с другими детьми в переменку.

Он слышал, как мадам Лортц ходила по комнате, расположенной за столиком библиотекаря, и задумчиво смотрел по сторонам. Смотреть было не на что.

только книги; хоть какой-нибудь старенький пенсионер читал бы газету или листал журнал. Он и не предполагал, что в библиотеке в маленьком городке жизнь будет бить ключом в будничный день, но чтобы ни одного человека вообще?

`Ну, ведь есть же мистер Пекам, -- думал он, -- но он прочитал газету и ушел домой. По пятницам газеты ужасно тонкие, как вы знаете. И пыль еще не наросла, нечего вытирать`. И тут он подумал, что поверил мадам Лортц на слово, что какой-то мистер Пекам был здесь.

`Наверное так. Зачем ей говорить неправду?`

Действительно, зачем, и он сильно засомневался, что она солгала, но тот факт, что он поставил под сомнение честность миловидной женщины, с которой он только что познакомился, высветил явную преграду в их общении: ему не нравилась эта женщина. Что с того, что миловидная, не нравилась и все.

`Это все плакаты. Никому не понравятся люди, которые выставляют та...

... о была не галлюцинация. Ужасно страшно, но не галлюцинация. У Сэма хватило ума догадаться, что он сошел с ума, в конце концов.

Умопомешательство -- это вам не приятное времяпрепровождение на пляже, но и не такой же уждс, как эта громадина в обличье человека, которая ввалилас*> в его дом и принесла смрад холодной зимы.

У Сэма был старый ;том. с высокими потолками, но библиотечному полицейскому пришлось пригнуть голову при входе, и даже на кухне он долями своей серой фетровой шляпы обметал потолок. Значит ростом он был более двух метров.

Его тело было облачено в серую шинель, цвета тумана в сумерках. Он был белый как полотно. Его лидо казалось безжизненным, будто ему были неподвластны ни доброта, ни любовь, ни сострадание. В линии рта отражалось чрезмерное невозмутимое властолюбие, и Сэм на мгновение вспомнил, на что похожа замочная скважина на закрытой двери библиотеки, на рот на лице гранитного робота. Глаза полицейского были похожи на серебряные кружки, пробитые крошечными пулеметными дробинками. Вокруг глаз розовато-красные круги, из которых вот-вот брызнет кровь. Ресниц не было. Самое неприятное было то, что Сэм знал это лицо. Сэму казалось, что он уже не впервой сжимается от ужаса под этим мрачным взглядом, и где-то далеко в своем сознании он услышал чуточку шепелявый голос: `Пошли шо мной, шынок,... Я поличейшкий`.

По лицу проходил шрам точно такой,...

... и безразлично.

-- Нет, -- говорит Полицейский из библиотеки. -- Вфе. Я отпуфкаю тебя.

Мне тебя фтало жалко, но, ефли ты кому-нибудь когда-нибудь рафкажешь...

когда-нибудь... я вернуфь и повторю это накафание. И буду делать это пока не будет уплачен штраф. И попробуй только, попадифь мне где-нибудь тут, детка.

Тебе понятно?

-- Да, -- говорит Сэм. Конечно, понятно, что он обязательно вернется и опять проделает это с ним, если Сэм проговорится. Поздно вечером он будет сидеть в кладовке, или прятаться под кроватью, или восседать на дереве в виде гигантского уродливого ворона. А если Сэм начнет всматриваться в затянутое облаками небо, то в очертаниях облаков он увидит мерзкое, перекошенное лицо Полицейского из библиотеки. Он будет где угодно. Он будет везде.

От этой мысли последние силы покидают Сэма, и он закрывает глаза, не в состоянии видеть ни этого нечеловеческого лица со слепыми глазами крота, ничего остального.

Полицейский из библиотеки хватает его и снова трясет.

`Что `да`, -- шипит он. -- Что `да`, детка?`

-- Да. Мне все понятно, -- говорит Сэм, не открывая глаз. Тогда Полицейский из библиотеки убирает руку, которой держал Сэма.

-- Хорошо, -- говорит он. -- Только фмотри, не фабывай. Ефли плохие мальчики и девочки фабывают об этом, я убиваю их.

Сэм-Маленькая Белая Тень долго сидит с закрытыми глазами, прижавшись спиной к стене. Он ждет, когда Полицейский из ...